— Элизабет! — в шоке закричала она. — Не верхом! Да еще без седла ! Элизабет! Элизаб…
Дочь была уже далеко.
— Ну и общество, — ворчала про себя Тура. — И это когда у нас наконец-то появилась возможность выдать ее замуж за чиновника! Или, может быть, даже за священника!
И такую удачу теперь придется упустить из-за какого-то паршивого сопляка-сплавщика!
Какая досада!
Отец Элизабет, Ульф Паладин, сын Иона и внук Ульвхедина, спокойный и сильный, с мозолистыми руками и широким, приветливым лицом, весь день провел на реке, борясь с заторами на лесосплаве.
С ним был Вемунд Тарк, купивший у него древесину. Чувствовалось, что ему больше была по вкусу такая работа на свежем воздухе, чем протирание штанов в городской конторе и подсчитывание поступающих денег. А на реке сплавщики упорно боролись с непокорными бревнами. Эта речка, протекавшая по Гростенхольмской волости, была небольшой, но выполнявшей свою задачу, служа основой развития рыболовства, лесного хозяйства и лесопиления. Сплавщики перекликались друг с другом, употребляя крепкие выражения.
Однако, было видно, что они знали свое ремесло — во всяком случае большинство из них…
— У этого молокососа, Нильсова сына, ну просто головы на плечах нет, — не выдержал Ульф. — Ни с того, ни с сего, и на тебе — несчастный случай.
Вемунд кивнул головой. Это был видный мужчина, с благородным профилем с русыми, густыми и вьющимися волосами. В его глазах скрывалось что-то затаенное, какая-то боль. Он казался легко ранимым. Судя по цвету кожи, можно было предположить, что большую часть времени он в любую погоду проводил на открытом воздухе.
Сидя на краю утеса, они наблюдали за лесосплавом и сушили на солнышке свою одежду и сапоги, потому что и они отработали целую смену как сплавщики леса.
Ульф как всегда добродушно произнес:
— Я был немного удивлен, когда заглянул вчера к твоему брату. Он совсем не похож на тебя.
— Да нет, — задумчиво произнес Вемунд Тарк. — Малышу сейчас приходится трудно. Такая жизнь его пугает, и он знает, что не унаследует ни дело, ни собственность.
Все завещано мне. Я предложил ему стать наследником или по меньшей мере поделить со мной наследство, но он не желал об этом даже слышать. «Мне, — сказал он, — милостыни не нужно!» Он такой гордый, этот Малыш. Чертовски гордый!
Ульф задумчиво посмотрел на Вемунда Тарка.
— Ладно, у тебя ведь тоже есть свои принципы. Ты же не хочешь жить дома в Лекенесе.
— Ну, это совершенно другое дело, — коротко ответил Вемунд.
