Онлайн-библиотека книг
Говорю сама себе прийти в себя и перестать думать о своём опекуне.
Первым делом проверяю квартиру – на всякий случай. Удостоверившись, что Громова нет, направляюсь в душ.
От ужина решаю отказаться. Живот не болит, но к еде не тянет. И вместо кухни зависаю в ванной комнате.
Как очередной ритуал, осматриваю своё тело в зеркале и ищу следы его пальцев. Только они остаются после нашей с ним ошибки.
Он ни разу не оставил ни одного засоса. Зато синяков в виде пальцев… хоть отбавляй. И попа расцарапана немного пряжкой ремня.
И я дура. Не сопротивлялась, кричала, хотела ещё.
И по-прежнему хочу.
Перед глазами он. На теле его следы. А в голове – постыдные воспоминания о его ласках.
Стоя под горячим душем, представляю его руки на своём теле.
Прекрасно знаю, что он сейчас с той блондинкой.
И от этого так горько, что хочется кричать.
Чувствую себя настоящей… Кем? Давалкой? А кем ещё?
Все бабы стелются перед ним, раздвигая ноги.
А мой воспалённый мозг, бесхребетная я, совсем не против.
Наоборот – кричат отдаться, повторить.
Самое поганое, что меня устраивает такой расклад событий. Не полностью, какая-то часть.
Становлюсь зависимой от секса, от его запаха, от его присутствия, его прикосновений. Всё больше и больше.
И готова зарыдать от того, что всё это сейчас получает другая.
Блять, это апогей. Заключительная и наивысшая стадия диагноза «дура».
Быстро и агрессивно намыливаюсь, словно пытаюсь стереть со своего тела отпечатки его пальцев. Накидываю на голое тело халат, прекрасно зная, что сегодня он не придёт, и можно сильно не одеваться.
Забираюсь на кровать, даже не высушив волосы.
И в каком-то отчаянном бреду раздвигаю ножки, задираю белоснежный халат, опускаю ладонь между ног, веду по мокрым складкам и нажимаю на чувствительный нерв.
Я влажная не от воды.
А от него в своей голове.
Представляю Громова.
Он постоянно отворачивает меня, трахает со спины, как собачку.
В те моменты мне плевать.
А сейчас… больно как-то.
Неприятно.
Словно лица моего видеть не хочет.
Конечно… Я для него – очередная.
И я хочу, чтобы он стал таким же. Одним «из». Когда-нибудь. Но не сейчас.
Мне просто нужен мужик.
