Судя по следующему документу, весной 1918 года Бать всплывает в занятой красными Самаре. Впрочем, он уже и не Бать, и еврейского осталось только отчество, да и то изрядно переделанное…"
"Документ № 2. Отпечатан типографским способом.
Штамп: «Российская Советская Федеративная Республика.
Штаб охраны города Самары. 13 апреля 1918 г. № 345».
РАЗРЕШЕНИЕ
Настоящее разрешение выдано Штабом охраны города Самары гражданину Батт Григорию Соломоновичу на право ношения и хранения револьвера системы Кольт калибр большой за № (прочерк), что подписями с приложением печати удостоверяется.
Печать «Штаб охраны города Самары. Начальник штаба».
Начальник штаба (подпись неразборчива). Секретарь Пархоменко
Делопроизводитель (подпись неразборчива).
В том, что наш прапорщик оказался в Самаре, как раз ничего загадочного нет – в шальном и зыбком восемнадцатом году людей носило по России самыми причудливыми маршрутами (кстати, в Самаре он пребывал вместе с женой, что явствует из последующих документов). Ну а его вот занесло в Самару…
Загадка в другом – в непонятной метаморфозе: был Дувид-Герш Шлиомов-Зельманов Бать – стал Григорий Соломонович Батт.
Где-то в странствиях крестился в православие? В этом случае его как раз могли окрестить Григорием (если день крещения пришелся на день святого Григория), а отчество привести в более подходящий православному вид. И «Шлиома», и «Зельман» – это «Соломон». А «Соломон» – не только еврейское имя, оно присутствует и в православных святцах, как и имена многих других библейских царей и патриархов (правда, давалось при крещении очень редко).
Но вот фамилию новокрещенному никогда не меняли и не изменяли. К тому же в случае крещения неминуемо должны были выписать свидетельство о таковом. Если оно было, новоявленный Батт вряд ли его уничтожил бы, оказавшись у красных, – для них это был не компромат. Сохранил же он послужной список?
Но главная загадка – это самое разрешение. Такие бумаги красные не раздавали направо и налево – наоборот, первым делом конфисковывали оружие у населения.
Чтобы получить такое разрешение, Батт, двух мнений быть не может, считался у красных своим, которому можно доверить револьвер. На каком основании? Должна была быть какая-то проверка, основанная не на словах – мало ли что человек может о себе наговорить и мало ли кем представиться, – а на каких-то достаточно убедительных документах, свидетельствующих, что человек сей – именно Григорий Соломонович Батт, и никак иначе.
