Например, испортить мне жизнь или лишить родительских прав.
- А мы сегодня пойдем гулять? - спрашивает Федя, когда я выпускаю его из объятий.
- Нет, малыш, - вымученно улыбаюсь я. - Но обещаю, что мы обязательно сделаем это завтра. Поедем за город, покормим уточек в озере. Договорились?
Сказав это, я вдруг представляю, как мы вдвоем садимся в машину и едем куда глаза глядят. Сбегаем из этого города от журналистов и разъяренного Артура.
Встряхиваю головой. Так нельзя. Невозможно всю жизнь бегать. К тому же, Манапов нас из-под земли достанет.
Приняв волевое решение, я достаю телефон и печатаю ему сообщение:
«Завтра в два часа дня мы с Федей поедем за город кормить уток. Можешь присоединиться к нам»
Артур
Я залпом осушаю третий стакан виски и откидываюсь на диван. Четвертый бокал пить не стоит, иначе завтрашний день будет потерян. Сегодня я в одиночку отмечаю новость о том, что стал отцом. Два с лишним года назад.
Когда начальник службы безопасности принес мне досье на Машу, включающее справки из роддома, я долго не мог поверить в то, что прочел.
Не верил до тех пор, пока она сама не подтвердила. Я отец ее ребенка.
Мне как будто кирпичом в грудь прилетело. Я все не мог понять, как такое возможно. Что я три года жил в неведении, пока в другой стране подрастала часть меня. В голове не укладывалось, что Маша, которую я считал честной и рассудительной, смогла вот так поступить. Если бы не случайная статейка, я так бы и не узнал, что на свете существует мальчик, в котором течет моя кровь.
"
"От гнева даже думать сложно. Я потерял два года, не имея возможности смотреть, как растет мой сын, а теперь вынужден ждать еще. Потому что мальчик понятия не имеет, что у него все это время был отец, и я могу его напугать.
Если бы речь шла о бизнесе, я бы такое с рук не спустил. Но тут другое. Маша. Неужели она действительно решила мне отомстить или все-таки сказала правду о звонке? Сейчас уже и не выяснить, потому что за три года у меня сменилась сотня секретарей.
С другой стороны, о таких вещах нужно сообщать лично. Мой телефон у нее был.
Самое печальное во всей этой ситуации, что время назад уже не вернуть. Я не знал своего сына два года, а он не знал меня.
Рука снова тянется к бокалу, но вместо этого набираю начальнику службу безопасности.
- Игнат, у меня к тебе дело есть. Где Маша живет, знаешь? Там журналисты ее дом осаждают. Разгони всех и оставь своего человека. Проследи, чтобы завтра утром тоже никого не было.
