Тайный оракул

С самого начала, едва обосновавшись в пещере, Рейчел взялась расписывать их, как делали ее древние предшественницы. Часами она трудилась над фресками, изображавшими события прошлого и явленные ей в пророчествах видения будущего, любимые цитаты из книг и музыки и абстрактные узоры, при виде которых голова закружилась бы даже у Эшера. Благодаря творческим усилиям Рейчел пещера соединяла в себе арт-студию, психоделическую тусовку и исписанный граффити железнодорожный проезд. Мне нравилось.

Большинство настенных изображений были замазаны белой краской.

В поддоне, в покрывшейся коркой лужице, лежал валик. Похоже, Рейчел еще несколько месяцев назад уничтожила собственные работы и с тех пор здесь не появлялась.

Она вяло махнула рукой.

– Разочаровалась.

– Твои работы… – Я остолбенело уставился на белое поле. – Здесь был мой портрет… вот тут. – Меня всегда огорчает, когда где-то уничтожают художественное творение, особенно если это творение изображает меня."

"– Я… я думала, – смутилась Рейчел, – что белое полотно поможет мне думать.

 – Из ее тона явствовало, что ожидаемого эффекта побелка не дала. То же самое ей сказал бы и я.

Первым делом мы постарались прибраться в пещере. Расставили диванчики, сформировав зону отдыха. Трехногий стул Рейчел трогать не стала.

Мэг вернулась через несколько минут. За ней, в полном кентаврском обличье, последовал Хирон, которому, чтобы войти в пещеру, пришлось наклонить голову. Нас они застали сидящими за шатким кофейным столиком, как приличные пещерные люди, и попивающими чуть теплый чай «Аризона» с черствыми крекерами из кладовой оракула.

– Рейчел, – облегченно вздохнул Хирон. – Где Миллард и Герберт?

– Они пришли ко мне домой сильно израненные. – Рейчел опустила голову. – И… не выжили.

Наверно, то была игра утреннего света, но мне показалось, что я вижу, как седеют волосы в бороде кентавра. Пройдя вперед, Хирон опустился на землю и сложил под собой ноги. Мэг пристроилась ко мне на диване.

Наклонившись, Рейчел сложила ладони домиком, как делала, когда произносила пророчество, и я замер, ожидая и надеясь, что вот сейчас ею овладеет дух Дельф.

Но ни дыма, ни шипения, ни скрипучего голоса божественного откровения не последовало. Меня это немножко огорчило и даже разочаровало.

– Сначала вы, – сказала нам она. – Расскажите, что у вас здесь происходит.

Мы коротко ввели ее в курс дел, поведали об исчезновениях и наших с Мэг злоключениях: гонке трехногих и нашем путешествии в Дельфы.

Услышав об этом, Хирон побледнел.