Тайный оракул

– Эй, старик, не хмурься, – обратился ко мне Лео. – Мы найдем ее.

– Что? – встрепенулся я.

– Твоя подруга Мэг. Мы найдем ее. Не беспокойся.

Внутри меня взорвался пузырь тьмы. Как раз о Мэг я и не думал. Я думал о себе, и меня переполняло чувство вины. Может быть, Калипсо была права, задаваясь вопросом, изменился я или нет.

Я посмотрел на молчаливый лес. Вспомнил, как Мэг тащила меня через него, беспомощного, промокшего, бредившего. Как отважно сражалась с мирмеками. Как приказала, хотя и боялась спустить с цепи Зверя, Персику задуть свечу, когда Нерон хотел поджечь заложников.

– Мэг знает пророчество, и если расскажет о нем Нерону, он тоже будет знать наши планы.

Калипсо откусила от яблока.

– Я всю эту Римскую империю совершенно пропустила. Насколько опасен может быть один император?

– Очень опасен, – ответил я. – Тем более когда он объединился с двумя другими. Мы не знаем, с кем именно, но логично исходить из того, что они такие же головорезы.

– Мы победили Гею за сорок секунд. Легче легкого."

"Насколько я помнил, подготовка к схватке с Геей заняла несколько месяцев страданий и потерь. Фактически Лео погиб там. Я хотел напомнить ему, что, возможно, именно Триумвират стоял за нашими предыдущими проблемами с титанами и гигантами и что теперь он превратился в силу, равной которой Лео еще не встречал.

Но потом я решил, что упоминание о таких вещах может не лучшим образом сказаться на моральном состоянии группы.

– У нас все получится, – сказала Калипсо. – Должно получиться. Я провела на острове тысячи лет. Не знаю, долгой или короткой будет моя смертная жизнь, но я намерена прожить ее полнокровно и без страха.

– Моя мамасита, – прокомментировал Лео.

– Я говорила тебе не называть меня мамаситой?

Лео застенчиво ухмыльнулся.

– Утром начнем собираться. Отладим Фестуса, сменим масло, и можно будет двигать.

Я прикинул, что стоит взять с собой. Список получился угнетающе коротким: кое-какая, взятая у других одежда, лук, укулеле и стрела со склонностью к драматическим эффектам.

Но самым тяжелым представлялось прощание с Уиллом, Кайлой и Остином. Они оказали мне огромную помощь и приняли по-семейному, как я никогда не принимал их. Глаза защипало от слез. Но не успел я шмыгнуть носом, как Уилл Солас вступил в круг света.