Что Тимур – чужой муж, и он сам выбрал в жены эту женщину. Возможно, спустя время понял, как жестоко ошибся, и, встретив меня, подумал, что судьба дает ему второй шанс. Только вот я не хочу быть запасным аэродромом. Не хочу быть лучшей после кого-то. Во мне говорит эгоистичное желание быть любимой и единственной. Что, увы, в нашем с Кадыровым случае невозможно.
– Эмма? – произносит Тимур хриплым ото сна голосом, быстро моргая и просыпаясь. – Все в порядке? Как ты себя чувствуешь?
Он вновь ловит мою ладонь и сжимает ее.
Не сводя с меня взгляда, подносит ее к губам и медленно целует каждый пальчик. Мои щеки тут же окрашивает румянец, потому что это жест мне кажется гораздо интимнее, чем самый пошлый разврат. Он очень личный. Только для нас двоих.
– Все хорошо, спасибо, – отвечаю тихо, шепотом, стараясь не нарушить волшебство момента.
Но это делают за меня.
В палату бодро входит медсестра, кидая загадочный взгляд в нашу сторону и весело произносит:
– Доброе утро! Как спалось?
– Спасибо, хорошо…
– Надеюсь, не успели позавтракать? Давайте сюда вашу ручку, – не успеваю я и рта раскрыть, как девушка затягивает жгут, протирая сгиб локтя спиртовой салфеткой.
– Поработайте кулачком.
– А это зачем? Что-то не так с моими анализами?
– Тшшш, спокойно, Эмма, все хорошо, – в разговор вмешивается Тимур, отвлекая меня от неприятной процедуры поглаживанием по руке и поцелуями моих пальчиков. – Я разговаривал с врачом, это стандартный анализ. Я о нем попросил. Он нужен для того, чтобы доказать, что Глеб накачал тебя дрянью.
Чтобы гаденыш не смог отвертеться.
При упоминании имени бывшего я вздрагиваю.
– Спасибо, Тимур…Спасибо, что спас нас…
– Успокойся. Тебе нельзя волноваться. Больше ты о нем не вспомнишь, обещаю. Я засуну его туда, куда его всевластный папаша не доберется. Тебе больше нечего бояться."
"На глаза наворачиваются слезы. Так, оказывается, здорово, когда о тебе заботятся. Уехав от родителей, я сама себя этого лишила и успела забыть об этих волшебных ощущениях.
Медсестра наполняет пробирку и молча уходит, но дверь за ней не успевает закрыться, потому что в палату уверенно входит Слава.
На его лице – беспокойство и озабоченность, и они усиливаются, едва его взгляд падает на меня.
Мстислав приближается, не глядя по сторонам и не обращая внимания на Тимура, плюхается прямо на кровать с другой стороны и берет меня за руку.
– Что случилось, моя девочка? Я весь вечер не мог до тебя дозвониться, пришлось безопасников подключать, чтобы найти тебя.
