Мой прадед покупал у них паучий шелк, он намного дороже и тоньше обычного. А цвет у него природный, даже красить не надо. Это ваш цвет, я уверена.
Девушки поднесли ко мне небольшой отрез. Я никогда прежде не видела такой ткани, она и правда была как шелк, только переливалась то красным, то синим, то фиолетовым в зависимости от того, как падал свет.
– Саррахи издревле носят пурпурный цвет, – госпожа Бланье почти любовно погладила ткань. – Это цвет достоинства, благородства и чести. Мы подберем к нему жемчуг и серебро.
Она приложила шелк к моему лицу и удовлетворенно вздохнула:
– Да, это оно. Никаких теней под глазами, зато сами глаза стали ярче.
– А у королевского рода какой цвет? – полюбопытствовала я.
– Красный, конечно. Точнее, цвет багрянца. Это символ их высокородной крови и могущества.
Я вспомнила, как пришла на ужин к Айзену в красном платье. То-то на меня все косо смотрели. Ни одна из невест, даже драконицы, не посмела надеть красное, ведь это цвет правящей семьи. Одна я выделилась.
Когда ткань наконец выбрали, подошла очередь фасонов. К сожалению, зеркала не было, так что я не видела себя со стороны. А иллюзорные платья появлялись и исчезали так быстро, что я не успевала их рассмотреть. И снова госпожа Бланье командовала, как на плацу:
– Не то! Не это! Слишком пышно! Слишком узко! Слишком вычурно! Слишком скромно! Не топчитесь, леди, хватит сутулиться!
Последнее она гаркнула так, что я резко выпрямилась. В ушах прозвучал отчетливый хруст моих позвонков.
Даже помощницы поглядывали на меня с сочувствием. Хотя с них самих уже лился пот. Похоже, столичная модистка решила во что бы то ни стало заморить нас всех насмерть.
– В лепешку расшибусь, а у вас будет самое лучшее платье! Даже лучше, чем у избранницы наследника!
В первый момент я подумала, что ослышалась. Поэтому машинально переспросила:
– У кого?
– Избранницы принца Айзена. Он же объявит на балу ее имя. Сам лично платье мне заказал. Но я хоть и подданная Ленорманна, однако моя семья в неоплатном долгу перед господином Саррахом.
Когда-то ваш опекун спас нас от участи, которая хуже смерти, и ничего не просил взамен. До этого дня.
Она внезапно улыбнулась. Широко и искренне:
– Поэтому я сделаю все, чтобы на этом балу ваша звездочка сияла ярче других.
А мне было не до улыбок.
Ну да, совсем забыла. Айзен ведь должен представить на балу свою будущую супругу. Именно для этого прибудет король. Вот, даже платье ей заказал.
