Так точно, товарищ полковник, или влюблённая поневоле

Раскраснелась, глаза горят, волосы выбились из низкого пучка и немного растрепались. Чёрт, это невозможно, она просто… ходячий секс.

— Всё в порядке? — склоняет голову набок.

— Да, конечно, — выдавливаю из себя. — Ты закончила? Пойдём.

— Вы сказали, у вас еды нет, а продуктов тоже? — она идёт рядом, легко приноравливаясь к моим шагам. — Надо что-нибудь приготовить на ужин! Честно говоря, я жутко хочу есть после тренировки, — улыбается мне, и я сглатываю слюну, которая не имеет ничего общего с обычным голодом.

— Заедем в магазин? — спрашиваю у неё.

— Да, давайте, — она рассеянно кивает. — Как насчёт курицы карри с рисом и овощами? Её быстро готовить.

— С удовольствием, — открываю ей машину.

В магазине выбираем всё что нужно — точнее, Алина выбирает, потому что мои способности в плане готовки ограничиваются яичницей и варкой пельменей. А потом я сижу на кухне и стараюсь не слишком очевидно пялиться на хлопочущую возле плиты девушку.

Ужин получается очень вкусный и какой-то… уютный что ли. Мы уже доедаем, когда Алина спрашивает:

— Полкан Игоревич, мне немного неловко, но… можно попросить у вас футболку или что-то такое?

Я давлюсь и закашливаюсь.

— Всё в порядке, — хриплю и беру протянутый стакан с водой. — Да, конечно, а что…

— Я в душ хочу, — Алина смущённо пожимает плечами, — а переодеться не во что. И вы не против, если я закину свою одежду в стиральную машину?

— Не против, — качаю головой. — Можешь идти. В душ, в смысле.

— Спасибо, — она улыбается, встаёт.

Не-думать-не-думать-не-думать…

У меня даже получается. Пока из ванной не раздаётся пронзительный вскрик.

Я не успеваю вышибить дверь, она выскакивает оттуда сама, тут же прячется за мою спину.

Тьфу ты. Успокаиваю бешено колотящееся сердце, захожу внутрь. Насекомое вряд ли выжило — наверняка сдохло от страха. Или от звуковой волны.

— Всё в порядке, Алин, там…

Разворачиваюсь и замираю с открытым ртом, не в силах договорить.

На ней только запахнутое кое-как полотенце, которое она придерживает одной рукой у груди, а второй на бёдрах. Волосы подняты в высокий пучок. Шея, плечи, руки — влажные, в мелких капельках воды.

Сам не осознавая, что творю, делаю шаг вперёд, затем ещё один…

Сердце у меня колотится где-то в горле. Или в ушах. Короче, совершенно не там, где ему предназначено природой. Потому что Полкан смотрит так, что колени подгибаются.