Такая Империя

Мне не понравился ее тон. Она улыбалась и говорила спокойно, но глаза были полные грусти. Что-то было не так, но я не понимал, что.

— Леви, — начал я, пытаясь собраться с мыслями. — Что происходит?

— Ничего особенного, — пожала плечами друид. — Мы с тобой умерли.

— Так не бывает. Это просто…

— Рано или поздно все погибает. Это нормально. Так устроено природой.

— Лич убил нас в подземелье? — я задавал очевидные вопросы, просчитывая выход из ситуации. Безвыходной, по сути, ситуации.

— Что? Нет, конечно.

Я умерла задолго до этого. — отмахнулась друид. — Тело еще было живо, но меня в нем не было. А это место в переводе с нашего кланового наречия называется «Место, где души ждут». Я ждала тебя.

— Зачем? — я спросил, хотя и так все понимал. Искра у нее в руке, душа ожидающая меня в чистилище.

Помню, голос у меня дрожал.

— Чтобы тебя вернуть. Ты можешь вернуться обратно. Еще не слишком поздно и ты не обратишься…

Она тогда протянула руку с огоньком ко мне, а я перехватил ее.

Помню, что глупость спросил, но по-другому не мог.

— А как я дальше жить буду с еще одной смертью за плечами?

Она грустно улыбнулась, провернула запястье и дотянулась до моей груди, вложив в нее искру. Силуэт Леви принялся бледнеть и растворяться.

— Я тебя люблю, — прошептала она, а у меня в груди засияло солнце, обжигающее до пальчиков ног.

Я не успел ей сказать всего, что хотел. Мне искренне жаль того, что я не мог понять, насколько мне она важна, эта взбалмошная девчонка. И сейчас, когда я понимаю, насколько мне ее не хватает, стыд за мои слова переполняет разум.

Я очень многого не сказал.

Это был последний раз, когда я слышал ее голос.

Дважды умерший, дважды воскресший.

Дважды потерявший дорогого человека.

Купол крепости полыхал всеми цветами радуги. По нему били всеми стихиями маги Шимата. Да, это не могло продавить щитов легендарной крепости, но они и не намеревались этого делать обычными атаками.

Из-за насыщения силой от источника и от заклинаний, бившими по щитам, было совершенно непонятно, что происходит снаружи.

На главной смотровой площадке центрального донжона был организован небольшой штаб.

— Когда он должен вернуться? — спросил паладин с гравировкой сотника на наплечнике.

Родгаз глубоко вздохнул и поднял голову к небу, на котором плыли темные облака.

— Солнце в зените, — произнес он и взглянул на предводителя соединения паладинов. — Он уже несколько часов как должен был быть тут.