Такая Империя

«Пока на пике Храбрых не покажется камень — в море ходу нет»

Так гласила народная присказка, которой неизменно пользовались связавшие свою жизнь с морем.

— Скоро откроется море, — произнес бородатый мужчина, одетый в теплую куртку и стеганые штаны на меху.

— Скоро откроется, — согласно кивнул конунг.

— У нас много молодежи, вошедшей в право клинка, — продолжил стоявший мужчина. — Они хотят крови, Дариус.

— Все хотят крови, — кивнул глава клана. — Но кровь вне северных народов найти трудно.

Мужчина недовольно засопел и как можно нейтральнее произнес:

— Оленеводы говорят, что император мертв.

— А перед предками свое слово держать тоже не нужно? — усмехнулся Дариус. — Не будь идиотом. Мы держим слово не только перед императором, но и перед предками на десять колен. Неужели у тебя не было достойных мужей в роду?

— Предки поймут, — продолжил наседать собеседник. — Молодежи нужно точить зубы. Нам нужен поход, чтобы они почувствовали вкус крови!

— Лить кровь ради юнцов? — недовольно поинтересовался конунг.

— Для чего она тебе?

— Чтобы было, что сказать тому, кто займет кресло императора, — сморщился Дариус. — Ты же не думаешь, что трон империи будет долго пустовать, если он все таки мертв?

— Тогда ищи другую причину выступить в поход.

— А как же клан Снежного барса? — тут же нашелся, что возразить собеседник.

— Послушай внимательно, — вздохнул конунг и развернулся к бородатому мужчине.

Не успел мужчина открыть рот, как ему в скулу пришелся кулак конунга. От удара он пошатнулся и неуклюже упал на спину.

— Я хочу, чтобы ты донес мою волю каждому, кто раскроет пасть по этому поводу. И словом и делом. — Заявил Дариус глядя на подчиненного. — Ты хороший воин. Я верю тебе не меньше, чем верил бы своему отцу. Ты водил в поход тысячи. И ты знаешь как донести мою волю до молодых.

Беседу прервал пронзительный звук горна, находящегося на берегу.

— Кто посмел потревожить Голос Бухты? — вскинулся глава клана и быстрым шагом направился в сторону порта, где располагался артефактный горн.

Не успел он выйти на прямую улицу, ведущую к спуску, как на него вылетел взмыленный парень в расстегнутой куртке и взъерошенными волосами.

— Конунг! — рухнул на колено молодой воин. — В бухту вошла ладья!

— Сколько? Какие щиты несет?

— Ладья одна.