Такие разные

– Ты все еще работаешь?

– Я же ответил на твой звонок, не так ли? – Удивление в голосе исчезло, уступив место плохо скрытому нетерпению. – Насколько я понимаю, это не просто знак дружеского внимания.

Наступила очередь Дика выругаться. Он устало потер затылок и сказал:

– Послушай… мне жаль. Я долго не давал о себе знать. Но я не думал… – Он даже не старался закончить фразу.

– Мне в общем-то все равно, – ответил Крис холодно. – Но мать и отец не понимают, почему ты не звонишь им. Черт возьми, она же была их дочерью.

Дик так стиснул зубы, что челюсти заныли.

– Может быть, ты отложишь свои нравоучения, Вудсток? Я попал… в такую ситуацию. И мне необходима твоя помощь как суперагента.

Вудсток пробормотал одно из своих колоритных ругательств.

– Может, намекнешь, в чем дело?

– Мне кажется, тебе лучше увидеть ее самому.

– И мне нужны некоторые… вещи.

– Вещи? – Крис моментально насторожился. – Оружие?

– Для начала лифчик.

Молчание взорвалось недоуменным вскриком:

Несмотря на все, Дик почувствовал, что улыбается. Он держал в руках белый лифчик Бет, вглядываясь в ярлычок.

– Размер 34 «В» и, конечно, трусики. Маленькие.

– Конечно, – коротко отозвался Крис.

– Джинсы, пара рубашек, наверное, размер десятый. Туфли, примерно шесть – шесть с половиной. Носки. Зубная щетка, расческа. И продукты в расчете на двоих людей, чтобы продержаться три-четыре дня.

Последовало напряженное молчание.

– Дело принимает неожиданный оборот!

– Думаю, тебе лучше приехать сюда и увидеть все собственными глазами.

– Договорились, – ответил Вудсток. – Я приеду завтра. – Он помолчал, потом добавил: – Но если тебе срочно понадобится моя помощь, позвони по этому номеру. – Он продиктовал номер телефона в Орегоне. – Передай тому, кто ответит, что я поддерживаю все действия, которые они посчитают необходимыми.

– Это включает и остановку самолетов? – сухо спросил Дик.

– Если это будет необходимо. – Голос Криса был спокоен, без тени юмора, и Дик почувствовал, как зашевелились волосы у него на затылке. – Увидимся через несколько часов, Стэнли, и постарайся держаться, хорошо? Потому что мне это совсем не нравится.

И затем он положил трубку.

Это была одна из самых ужасных ночей, полная кошмаров. Он пытался как мог успокоить Бет.