Такие разные

А что касается людей – кому до этого дело? Я скоро никого из них не увижу.

– Бет! Что это значит?! – Он посмотрел на нее с опаской.

– Я уже не та, что два года назад, – произнесла она спокойно. – Я не могу просто притвориться, что ничего не случилось. Что я не изменилась.

– Но ты все еще Элизабет Робин! – упрямо запротестовал он. – Это-то хоть не изменилось?!

– Разве? – Она улыбнулась, возвращаясь мысленно к высокому голубоглазому человеку, который похитил ее сердце, даже не прилагая к этому особых усилий.

 – «Ад на колесах»…

– Ты что-то сказала? – Уотсон удивленно посмотрел на нее.

Бет громко рассмеялась.

– Продай его! – сказала она спокойно, окидывая взглядом холодную комнату.

– Продать что? – Уотсон был крайне удивлен. – Дом?

– Все. – Бет бросила бумаги на столик. – Дом, коттедж, все!

– Бет! – Он выглядел настолько шокированным, что она улыбнулась.

– Кое-что я все же хочу оставить. Отцовские удочки, книги, стол дедушки и его кожаное кресло, в котором он сидел и читал мне сказки.

И кое-что из вещей моей матери – ее серебряные щетки, коллекцию дрезденских статуэток, – я их всегда любила. Еще некоторые вещи. А остальное… – Она снова огляделась, как бы видя комнату в первый раз. – Я думала, что люблю этот дом, а сейчас остались лишь воспоминания. Но я захвачу их с собой. – Она повернулась и посмотрела на Уотсона. – Продай его.

– Но… но где ты будешь жить? Куда ты пойдешь?

– Я буду женой водителя грузовика, – сказала она, внезапно ощутив радость. – Я собираюсь печь пироги с вишнями, рожать детей и быть счастливой.

– Детей? – Он недоверчиво повторил это слово, как будто оно было странным, чужим и он не знал, что оно обозначает.

– Детей, – с удовольствием ответила Бет. – Детей Стэнли.

– А… деньги? От продажи?

– Там что-нибудь останется?

– Может быть, но немного.

– Оставь треть для меня – через несколько недель я сообщу свой адрес. Остальное отошли Диане Моузли… – Улыбаясь, она сунула руки в карманы. – Порадуйся за меня, Уотсон.

В первый раз в жизни я знаю, кто я такая. И это самое прекрасное чувство в мире!

– Какая ужасная ночь! – Официантка Кэт улыбнулась, наполняя его чашку кофе. Как бы желая подтвердить ее правоту, порыв ветра с дождем налетел на окна кафе, и они задрожали. – Не хочешь кусочек пирога? – Она склонилась над столом и улыбнулась ему. – Вишневый пирог очень хорош сегодня.

– Нет, спасибо. – Дик ответил ей улыбкой. – Я выпью кофе и отправлюсь.

Она скорчила гримаску.