Парни подкурили, сделали по затяжке, а докуривали уже на пути к следующему подъезду.
Фокин сделал очередной вдох, но на этот раз воздух будто бы застрял в легких. Ах ты ж…
– Ну, ты чего? Совсем расклеился, парень. Исходи из того, что она ему вообще-то живой нужна. Да и не позволит он никому к своей женщине притронуться.
Резко вскинувшись, Гордей устремил на соседа тяжелый, переполненный да-ты-совсем-потек-крышей взгляд.
– Какой его? Какой его, Михалыч?!
– Да я же, типа, его мысли озвучиваю…
– Не надо. А если мы тут просто теряем время? Если они ее в другую машину пересадили? – пришло вдруг в голову Фокину, и мороз пошел по спине.
– Ну что ты у меня спрашиваешь? Я не по этой части. Но поверь, здесь работают профессионалы, которые наверняка просчитали все варианты, и если они работают тут, значит, этот – наиболее вероятный. Так?
– Без понятия.
– Слушай, Гор, ну сам посуди. Они не были готовы к тому, что им дадут отпор. Тем более так быстро. Не было у них запасного плана. Зуб даю. А у меня их не так-то много своих осталось, – мрачно пошутил Михалыч, но Гордей не смог себя заставить улыбнуться в ответ.
Его внимание привлекла какая-то суета.
– За мелким пригляните, – бросил он Орлову, устремляясь к эпицентру событий. – Что случилось?
– Мы их засекли. По камерам. Выдыхайте.
Да какой там? Какой… Кровь ударила в голову. Мир перед глазами качнулся. А с глаз будто спала пелена. По крайней мере, картинка вновь обрела четкость и цвета. Такие яркие, будто он закинулся чем-то забористым.
– Я с вами пойду.
– Но…
– Я пойду. Там моя…
– Черт с вами. Только за нами держитесь.
К удивлению, мужики двинулись не к лифтам, и даже не к лестнице.
– Если они потерялись, то надо начинать с подвалов смотреть.
Фокин кивнул. Да… В этом была логика. Только непонятно, почему они до этого обходили квартиры. Озарило их, что ли? А впрочем, может, они и подвалы смотрели – он-то с ними только сейчас увязался.
– Смотри, Ген. Открыто ведь…
Сердце колотилось, выбивая нестройный бит в ушах.
– Эй! Есть здесь кто? Полиция…"
"Мужики включили фонари. Рассредоточились. Наверное, это было игрой сознания, но Гордей был уверен, будто услышал какой-то шорох из дальнего угла. Он остановился. Прислушался. И расслышал-таки… мяуканье? Ага! Громкое и жалобное. И пусть ничего не было в том, что кошка сюда проникла погреться, Фокин пошел на звук. Прошел мимо канализационного узла и чуть не рухнул от облегчения.
– Сюда!
Белка лежала в неестественной позе.
