А дальше он занимался какой-то херней. Его допрашивали снова и снова, пока где-то в одной из этих квартир его девочке… О том, что с ней могли сделать, Гордей старался не думать, иначе у него начинала стремительно сползать крыша.
Вместо этого он терпеливо повторял одно и то же ментам. Полегче стало, лишь когда подскочил Орлов, потому как оказалось, у того была действительно очень любопытная информация.
– Вот этот ее…
– Не ее! – огрызнулся Фокин.
– Да что ты к словам цепляешься? Так вот он через подставные фирмы, ментам, как ты понимаешь, вести бизнес нельзя, особенно ментам при должности… Так вот, через подставные фирмы он владеет одной из крупнейших виноделен.
– Каким боком здесь Белка?
– Таким, что у твоей Белки – богатое приданое. Виноградники. За последнее время те немного забросили, но… Гатоев думает расширяться и потому не прочь наложить на них лапу. А тут еще сама Изабелла – умница, красавица. Он все просчитал. С женой развелся даже, у них по религии многоженство не возбраняется, но поскольку это запрещают законы страны, приходится выкручиваться.
– Дикость какая. Вторая жена… А ничего, что она замужем?
Орлов пожал плечами и тоже запрокинул голову к крышам нависающих над ними высоток:
– Как думаешь, сколько бы времени ему потребовалось, чтобы вас развели у них в регионе?
Тут бы Фокин мог сказать, что его Белка ни за что бы на это не пошла, но… Дело в том, что ее бы никто не спрашивал. И пусть у любого современного человека это в голове не укладывалось, сам факт того, что в некоторых местах так до сих пор и происходит, отрицать не имеет смысла.
Гордей жадно втянул носом воздух и шумно выдохнул. Клубы пара растаяли в воздухе. И в нем, казалось, с каждой секундой тает его надежда. Фокин скосил взгляд на часы. Мелкий спал в машине. Но через час, ладно, может быть, через два он захочет снова есть. Да и вообще – не дело это – столько таскаться с маленьким и еще не окрепшим ребенком. Опять же памперс надо менять… И непонятно, на сколько это еще затянется.
– Гордей Саныч, ну что ты… Глянь, сколько народу. Найдут! – постучал Фокина по спине Орлов.
Гордей проследил за его рукой. Из очередного подъезда как раз вышли ребята из опергруппы. Достали сигареты, закурили. Ну да. Самое же время, блядь. Фокин сцепил зубы и даже шаг навстречу этим обалдуям сделал. Чтобы встряхнуть их, чтобы они, суки, пошевеливались, но не успел. Потому что никто и не планировал прохлаждаться.
