Талисман Белой Волчицы

Одет он был в домотканую рубаху, подпоясанную веревкой, в мягкие ичиги из оленьей кожи и войлочный капелюх, который частично прикрывал подстриженные в скобку волосы. Длинная борода спускалась на грудь, и в ней было гораздо больше седины, чем в волосах.

«Интересный старец и, похоже, не брезгует мирскими людьми, если приглашает к столу», — подумал Алексей.

На столе исходила паром отварная картошка. Рядом в берестяной плошке белела крупная соль. Свежеиспеченный хлеб порезан тонкими ломтями. А в большом деревянном блюде светился, как свежая смола на солнце, соленый хариус.

И Алексей почувствовал, как во рту скапливается голодная слюна. С того времени, как они пообедали в трактире, прошло часов восемь, не меньше.

Но Егор, видимо, не собирался разделять ужин со старцем, потому что резво замотал раненую ногу, натянул сапог, а потом вернул ему баночку.

— Ладно, благодарствуй, но нам это без надобности!

Без водки еще можно прожить, но без табаку это уж уволь!

— Сатанинское зелье потребляшь, малакайник! — произнес старец сердито, а глаза его гневно полыхнули.

 — Писание свято не привечашь — тяготу бремени несешь! Ибо помышления твои, никонианин, суетны и неразумны, борзо скачка в глумлении пустяшного жития!

— Это ты верно заметил, — вздохнул Егор, — борзо скачка… Но не такое уж наше житие и пустяшное, правда, Алексей Дмитрич? Вон вчера медведя завалили, что двух мужиков порвал. Один из них Захарка Бугатов, тот, что управляющего завода Тригера в котел сбросил.

Слышал небось? Так вот, это анчихрист так анчихрист был! Но и смерть лютую принял за грехи тяжкие.

Старец ничего не ответил, лишь повернулся к божнице и принялся креститься на образа, бормоча при этом:

— Безбожна-а Ру-усь в зловредии и маловери-и. Отрекши святость и све-ет, через коий видим ми-ир и существу-уе-ем… Спаси, Христе, от злых дея-аний наших и течем к добру-у и понима-а-анию…

Они захлопнули за собой дверь и вышли на крыльцо.

— Что за спектакль ты устроил, Лукич? — спросил Алексей.

 — Или на Протасия у тебя тоже кулак чешется?

— Не то слово, Алексей Дмитрич, не то слово! — вздохнул урядник. — На нем воду возить, а он вишь как складно языком чешет. И заметил, за стол он нас пригласил, что противо их обычаев и законов, а вот ногу мою побрезговал рукой взять?

— Конечно, заметил. По-моему, шарлатан он какой-то, а не старец. Паспорт у него есть?

— Есть, я, как только он в скиту объявился, сразу же проверил.