Талисман Белой Волчицы

— Тинза еси. Бери тинза, Алешка!

— Нет, нет, — покачал головой Алексей. — Возьмите себе! — И пододвинул свою долю к Сашкиной. — Берите, вам оно нужнее…

С рассветом они покинули залитый кровью распадок и уже через четверть версты наткнулись на первый дозор.

Бандиты валялись в лужах собственной крови с перерезанным горлом. Второй они обнаружили на берегу реки. Нукеры монгольского князька свое дело знали, располосовав горло сторожам Тобурчинова от уха до уха. Недалеко бродили четыре оседланных лошади, очевидно, в спешке монголы их не заметили.

Поймав лошадей, бывшие пленники обнялись напоследок и разъехались каждый своей дорогой. Ду-пен и Сашка — на юг, а Алексей — на север. Но еще долго преследовал его сладкий дух горелого мяса. Наконец он поднялся на высокую сопку. Свежий ветер ударил в лицо. И только теперь он окончательно поверил, что свободен. Пальцы нащупали в кармане рубахи наконечник от самострела. Сашка не забыл про обещание. Откопал его в золе и вручил Алексею. К сожалению, в огне погиб лук, но самая главная улика была все ж у него в кармане.

До слободы Алексей добрался только утром следующего дня. Накануне ему трижды пришлось объезжать стороной несколько деревушек. Он не знал, чьи они и насколько верны Гурану, поэтому решил не рисковать. Столько же раз встречались на его пути вооруженные всадники группами по два-три человека. Алексей не был уверен, то ли это погоня, отправленная Гураном по его следам, то ли конные едут по своим, только им известным делам, но на всякий случай прятался в лесу или среди камней.

Нужно сказать, что ему очень повезло с лошадью. Она была спокойной и некуражливой, а ее разбойное прошлое, несомненно, помогало Алексею вовремя избегать ненужных встреч. Стоило ему хлопнуть лошадь — и она сама находила надежное убежище в лесу ли, за сопкой, в худшем случае в бурьяне. И лежала не шелохнувшись, пока он вновь не шлепал ее по крупу, давая отбой тревоге.

Но стрелять ему все-таки пришлось. Уже под утро молча ринулись на него с ближайшей сопки два конника. Тускло блеснули в предутренней мгле вскинутые над головой шашки.

И он, не раздумывая, выстрелил навскидку в сторону нападавших, потом еще раз… Он не знал, попал в кого или нет.

Удерживая в одной руке винтовку, в другой — повод, он гнал свою лошадь по степи, пригнувшись к самой гриве. Что-то с визгом, похожим на свист пули, пронеслось возле уха.