Талисман Белой Волчицы

— Вряд ли получится склонить к этому Хорошилова, — усомнился Тригер. — Он и копейки в долг не даст без расписки, а тут столько товару!

— Статья пятьсот семьдесят пятая Горного устава, седьмой том Свода законов Российской империи, — глянул исподлобья на управляющего бухгалтер, — гласит, что всякие промыслы при заводах могут быть открываемы только с согласия их владельца. Поэтому вступать в спор с заводской конторой Хорошилову не с руки. Да и вы попусту не тревожьтесь, Генрих Иванович. Лавочник внакладе не останется.

В первую очередь он спустит весь залежалый товар, да и ценою дороже, чем за наличные. Он еще спасибо нам скажет, вот увидите!

— Он-то, может быть, и скажет, — произнес задумчиво Тригер, — а как мне в лицо рабочим потом смотреть?

— А так и смотреть, — неожиданно жестко произнес бухгалтер, — в первую очередь должны соблюдаться интересы завода, а рабочих — во вторую. Завод кормит рабочего, а не наоборот. К тому же, если кто-то не захочет получать расчет выписками, можно пойти навстречу и рассчитаться товаром.

Тогда и Михаил Корнеевич от товара не откажется, потому как, считай, двойную выгоду от него поимеет.

— Каким товаром? — не понял Тригер.

— Но мы ж об этом с вами говорили, — произнес укоризненно Столетов, — в крайнем случае можно рассчитаться заводскими изделиями. Печным литьем, к примеру. Рабочие могут сбыть его по деревням или в ту же заводскую лавку.

Думаю, Михаил Корнеевич противиться не будет. А Хорошилов — тот вообще оторвет наш товар с руками. Сами посудите, на рубль выписки он рассчитается семью или восьмью гривнами.

А железо наверняка примет в полцены… Но это лучше-, чем ничего, Генрих Иванович. Вон на Абаканском заводе Пермикина почти полгода рабочих железом отоваривали. И ничего — как должное приняли. Амбары полны, рассчитаемся по жалованью без особых забот.

— Ухватами и гвоздями или табуретками? — скривился Тригер и снова высморкался в свой безразмерный платок.

— Экий вы, право, жалостливый, Генрих Иванович, — прищурился Столетов, — или домной легче управлять, чем копейкой?

Тригер промолчал, сделав вид, что основательно занят прочисткой носа, а Столетов участливо спросил:

— На казенном заводе, наверное, спокойнее было?

Тригер вновь не ответил, и тогда Столетов, хитровато подмигнув ему, добавил:

— На частном владении зато прибыльнее.

— Кому, как не вам, знать, что Никодим Корнеевич положил мне оклад жалованья вдвое против того, что мне отпускали из казны, — сухо, но с достоинством ответил управляющий.