Там, за передним краем

Потому она и бывает иной раз сердитая.

— Не знал я этого. Да и Николай мне ничего не говорил. Вернемся, расспрошу у чего.

— Да вы что! — Люда схватила Вадима за рукав. — Ни в коем случае. Надька тогда убьет меня. Она сама от себя это скрывает. Только разве ж любовь скроешь?..

Темное, кое-где вызвездившее небо то и дело вспарывали огненные нити трассирующих пуль. Сначала проносились светлячки, а потом уж слышался дробный перестук пулемета. Неожиданно темноту прочертили, одна за другой, две яркие оранжевые полосы.

Потом где-то далеко громыхнул взрыв, за ним еще. «Так это же трассирующие снаряды», — догадался Лавров.

— Разведчикам нашим помогают, — определила Михайлова.

— Кажется, и нам пора. — Вадим не спеша вылез из траншеи и, пригнувшись, осторожно, не ступая на пятки, пошел вперед. Вслед за ним двинулась и Людмила. Вдруг с нашей стороны с шипением вверх взмыла сигнальная ракета. Снайпера тут же плюхнулись на землю. «Какому идиоту понадобилось это?» — со злостью подумал Лавров. Подождали минуту-другую.

Вроде тихо все. Поднялись. Наконец, мелиоративная канава. Глубина ее — метра полтора. На дне вода. Шли пригнувшись, след в след. Устав, присели на сухой выступ. Опять пошли. Канава кончилась. Теперь до бурьяна надо ползти. Первым заскользил вперед Лавров. «Лишь бы на мину не нарваться, — подумал он и тут же отогнал эту мысль: — Кому взбредет в голову ставить мины на нейтральной полосе?» Люда не отставала. Ползла она почти бесшумно. У куста бурьяна остановились передохнуть.

Лежа в неглубокой воронке, Вадим прислушивался к зловещим звукам войны. Постанывала и мелко дрожала земля. Через равные промежутки времени ее поверхность рвали глухие взрывы мин и снарядов. С обеих сторон взлетали и гасли ракеты, ночную тьму чертили то пунктирные, то яркие огненные трассы. Прямо над головой высоко в небе послышался гул самолетов. Постепенно он удалялся на запад: наши бомбардировщики пошли бомбить тылы фашистов.

— Еще одно усилие — и мы у цели, — повернувшись к Михайловой, тихо произнес младший сержант и поинтересовался: — Вы не устали?

— Немножно есть, — призналась Люда.

 — Но это ничто по сравнению с тем, что предстоит впереди. Пока только присказка, сказка будет там. Я вас об одном прошу: никому не рассказывайте, как я перетрусила в первый раз.

— Само собой разумеется, — ответил Лавров, а про себя подумал: «Как бы самому не заорать «мамочка!»

Около обломков кирпича и камня позицию оборудовали быстро.