Танго под прицелом

Я одна, я в Москве – меня никто и ничто не держит и не сковывает. И этот парень, Сергей, подсевший ко мне на трибуне во время турнира.

Я сперва недовольно скосила глаза, но потом совершенно забыла о соседе, погрузившись в любимый и единственный существующий для меня из всех мир – мир бального танца. Я следила за скользившими по паркету парами, сравнивала их мысленно с собой трех-пятилетней давности и с грустью понимала, что даже сейчас, после такого перерыва, вполне могла быть на уровне. Уж конкуренцию-то кое-кому точно бы составила.

Мы с Иваном, моим бессменным партнером с семилетнего возраста, имели приличный уровень даже на европейской танцевальной арене, так что и здесь, на первенстве страны, вполне могли войти уж в десятку – точно, а то и выше. Но жизнь распорядилась иначе…

Хотя – что кивать на жизнь, когда это я, я сама все разрушила. К чему мне был этот брак с ослепительным проходимцем-картежником Костей Кавалерьянцем? От отчаяния, от обиды на то, что меня бросил любимый человек? Воистину, как любила пошутить моя классная руководительница, не обладавшая памятью на народную мудрость, «назло кондуктору куплю билет и не поеду».

Правда, я и билет не купила, и поехала – а толку?

«Кондуктор», он же врач-травматолог Максим Нестеров, первое время даже не замечал произошедших в моей жизни изменений, а мне так хотелось, чтобы он страдал. Дурацкая женская привычка мстить таким образом, чтобы потом себе, любимой, было больно и отвратительно.

Не хочу быть несправедливой – мой муж в самом начале семейной жизни был нежен, заботлив, внимателен, исполнял все мои прихоти и какие-то мелкие просьбы, потому что на крупные я была просто не способна – такой уж характер, мне никогда не нужно было лишнего.

Но потом я вдруг открыла глаза и поняла – куда ж я, дура неумная, влезла? Буквально – «девушка, за кем вы замужем?».

Нет, я знала, за кого выхожу, знала о темных Костиных делишках, о картежной игре, о шулерстве и даже о том, что мой супруг далеко не последний человек в криминальной иерархии нашего города, но мне почему-то казалось, что меня это никак не коснется.

Коснулось. Коснулось в тот момент, когда я не ждала и даже помыслить себе не могла. И только страх за собственную жизнь заставил меня согласиться и уехать с Костей в Испанию – потому что лучше бесцельно слоняться по огромному пустому особняку жарким летним днем, чем гнить в холодной могиле на сибирском кладбище. А убитый на моих глазах Костин охранник оказался самым лучшим для принятия решения аргументом.