Что остается? Да и жить вместе — это… Спонтанный секс на эмоциях… секс по утрам… на физике… неосознанно… не организовано! Ты ведь и сам все понимаешь. Опасно.
Понимаю.
Но это тоже не прокатит, девочка моя.
Я отпускаю ее. Сажусь рядом, опираясь спиной на диван.
— Пусть…
— Пусть? — злой смех. — Как смело, Аронов! Да ты же боишься этого до чёртиков. М? Или опустишься до лжи?
Нет.
— Боюсь? — киваю. — Боюсь. Но не того и не так, как ты думаешь. Всё изменилось. Я же сказал, что сожалею, что… не позволил нашим отношениям зайти дальше.
— Слова. Да. Я помню слова.
— Мои слова ничего не стоят?
— За ними стоит та, уже безопасная для тебя сейчас реальность, которая никогда не случится. Они ничего не стоят теперь.
Да. Это так…
— Ты права, моя девочка. Во всем. Как всегда. Иди ко мне…
Опасливо прищуривается.
— Иди ко мне, я сказал.
— Аронов?
Встаю. Закрываю дверь на шпингалет.
Расстегиваю рубашку. Кидаю на кресло. Часы летят туда же. Вытягиваю ремень.
Сглатывает, наблюдая за процессом.
— Что происходит?
— Секс происходит.
— М?
Неуверенно отползает от меня по ковру, увеличивая расстояние.
— Спонтанный. На эмоциях. Опасный секс.
— Ты совсем тронулся?! — подскакивает.
Подхожу. Пятится.
— Аронов. Приди в себя.
— Страшно тебе?
Кивает.
— Мне — нет. Это больше не предел, моя девочка.
Мне страшно, да. Мне пи**ец как страшно всё это! Страшно так, что меня пьянит адреналином сильнее, чем перед дракой. И внутри меня жарко и душно от одной только идеи. Но я готов отдать и этот свой Предел.
Уже отдал. Любую, б**ть, цену!
Конечно же, я сейчас не планирую делать ей ребенка. Я в адеквате.
Как минимум мы оба не трезвы.
Но я давно договорился с собой по этому поводу.
Это моя женщина, я обещал ей, что у нее будет всё и я дам ей все.
И я верну ей то, что отнял. Мы все переиграем.
Да я боюсь всего, что касается этого вопроса. Больше всего боюсь того, что беременность — это всегда опасность для женщины. И… неконтролируемая мною боль. Не контролируемая мной ситуация.
Но еще больше — того, что она может выдать неадекват в своем стиле, если забеременеет от меня. Это самый большой мой страх.
Пятиться больше некуда. Ее спина упирается в подоконник.
— Если ты прикоснешься ко мне…
— Так кто из нас боится, м?
— Ты смеешь попрекать, что я боюсь забеременеть от тебя? — ее глаза становятся стеклянными.
Она цинично улыбается.
А вот это самая плохая версия развития сюжета. Если я столкну ее туда… Мы оба утонем.
