Перевозбужденная изгибающаяся кошка!
Веду мокрыми пальцами по ее телу вверх, всовывая между губ.
— Вкусная девочка…
Присоединяюсь к ее поцелую с моими пальцами.
Б**ть… Мой Шеридан уже восхитительно готов! И я хочу его.
— Ты хочешь войти в неё пальцами, — смотрю в его глаза.
Срывается! Вот тут мы не тормозим, да?..
— Аккуратнее… детка тугая, как девочка… два пальца… подушечками вверх…
Женечка вьется под нашими руками, вскрикивая и пытаясь рефлекторно свести колени. Она дергается от его рук и я за шею фиксирую ее.
— Это МОИ руки… Расслабься…
Со стоном закрывает глаза.
— Теперь… подушечками вниз… вдавись… Она такая чувствительная… И это как двойное проникновение для нее… В этом, кстати, тоже можешь себе не отказывать. Но ласково.
Он так смотрит на меня, как будто это его, а не ее мы трахаем.
Правильно смотрит…
Так и есть!
Женя вскрикивает громче, задыхаясь и пытаясь уврорачиваться от его рук. Но это не возможно. Она зафиксирована хорошо.
Одергивает руки от нее.
— Не останавливайся… Ей хорошо… Она всегда так рвется!
Моя девочка постанывая жалобно хныкает.
— Тихо, тихо… — целую ее приоткрытый рот.
Подхожу к нему.
— Вот так… — два пальца внутрь. — И сюда…
Медленно вдавливаю третий ниже.
И каждое ее биение… и каждый стон и вскрик…
Закипел мой Шери!
— Присоединяйся, — ухмыляюсь ему.
Не отводя от нее взгляда, он повторяет все, что сделал я.
Мы касаемся в ней пальцами.
Это пи**ц как горячо!
Но слишком много для неё.
Сжимается с нервными дрожащими стонами.
Придавливаю ладонью ее взлетающие над столом бедра обратно.
Он смотрит на ее мокрые губки.
Освобождаю свою руку, внутри нее остаются только его пальцы.
— Заканчивай…
А я хочу съесть все сладкие крики этого оргазма. И впиваюсь в ее рот.
— Вкусная моя девочка… Давай… Кончи для меня…
Он жадно смотрит ей между бедер, поднимая на меня глаза.
— Ты хочешь ее целовать ТАМ."
"И опять не тормозим!
Конечно, хочет!
Он как и я, чуть раньше, удерживает второй рукой бедра, впиваясь в нее.
И по ее телу идет первая судорога.
Глаза закатываются от удовольствия.
Невменяемая…
И еще волна… и еще…
Рррр…
Тяжело и глубоко дышит, подрагивая в наших руках.
Он ложится лицом ей на живот, закрывая глаза. Его мышцы подрагивают от напряжения.
Терпеливый…
Всё, надо это заканчивать.
— Пешка… — достаю я черную.
Поднимается.
Все. Нет в нем больше терпения.
Сейчас слетит…
Рассматриваю его.
— Казалось бы… пешка…
Отстегиваю я наручники, медленно обходя стол. Женя сводит колени.
