Носы, стены, психику, души… Нельзя."
"Что же ты сидишь, Женя? Когда я не опасен, ты, как очумевшая летишь, защищать ее от меня по поводу и без, а когда надо — ты подставляешь ее под удар, ставя между нами?
Уведи!
Ася рыдает. Женя медленно встает из-за стола. Берет за руку. Уходят в детскую.
Этого ты хотела Женя? Приятно подтверждать свои негативные ожидания обо мне?!
Сволочь я?! Да.
Гигантских усилий над собой мне стоит остановиться и не выкинуть с балкона остальные подарки.
Мне нужно кого-нибудь убить. Хочу крови.
В пороге моя спортивная сумка с формой. Не собирался сегодня в спортзал. Да уже и поздно… Накидываю куртку. В пороге замираю, в отражении зеркал Женя. Разворачиваюсь.
— Куда ты, Олег?
— Я не отчитываюсь перед женщинами в своих движениях. Займись ребенком.
В ее глазах процессы ядерного распада. Меня обливает радиацией. Но мне плевать сейчас. И только очень глубоко где-то неуловимо на краю моего сознания орет сигнализация.
Отворачивается. Пауза в пару секунд… уходит.
Забираю ключи, замыкаю дверь.
Нет, ты не выйдешь отсюда сегодня. Будь любезна доесть до конца то, что «подала на наш стол». Меня же ты отравила!
— Олег Андреевич, Вы — поздно. Через полчаса закрываемся.
— Задержись немного. Пожалуйста.
Кладу на стол администратору купюру.
На ринге спарингуются. Мне сегодня не туда. Люди здесь не при чем.
На груше мишень. Буду убивать ее.
Разминаю плечи. Кроссовки пружинят от пола.
В моей голове гул.
Вижу только концентрические черно-красные круги.
Какая же ты бываешь неописуемая сука, Женя.
Бесчувственная и жестокая. Словно вся твоя парадоксальная чувствительность, перенапрягшись, вдруг отказывает напрочь. И не остается совершенно ничего. Только твоя протыкающая насквозь честность и демоническое любопытство.
Посмотрела?!? Показала Асе?! Разрушила связь между нами? Молодец…
Удар.
Двоечка следом.
Еще…
Еще…
Это длится очень долго. Не представляю сколько. В моей голове пусто. Плечи ломит. Дыхания не хватает. Не останавливаюсь. Мне мало.
Адреналин держит меня на ногах. И я убиваю мишень. Массивная груша вздрагивает, прогибаясь от ударов. Цепь ритмично звякает о крючок.
Бью.
Еще…
Еще…
Хочу лечь в этом бою, потеряв все силы.
И я выбиваю из себя всё, что там есть.
Пустоты хочу…
Руки давно онемели и я не чувствую. Легкие горят. Глаза заливает потом. Но всё еще вижу расплывчатую мишень. Она превращается в шоколадный торт. И у меня еще дохера энергии, чтобы «выкинуть» его на глазах у Аси.
