И она потеряет власть… — ее ритмичный шепот затихает. — И… между нами… больше… ничего не останется…
Делает шаг назад.
Свист. Щелчок. Тело почти не дергается. Только тихий стон.
— Мой любимый мальчик… — тихо шепчет ему Женя. — Мой замечательный вкусный котенок… моё удовольствие…
Свист. Щелчок. Стон. Он не поднимает голову.
Теперь она может лупить его, пока не лопнет кожа.
Он улетел…
Но она останавливается, откидывая на диван розгу. Снимает пиджак и прижимается к его спине голой кожей. Она прохладная, я помню. И это волшебное ощущение облегчения и контраста…
Они зависают так.
Он поднимает свои невидящие глаза.
— Это всё?..
— Нет. Не волнуйся. Мы только начали. Дальше будет еще лучше.
— Я хочу полетать с тобой. Нам нужны крылья. Я могу дать тебе крылья. Ты хочешь?
— Крылья…
Высыпаю из аптечки горсть салфеток для инъекций. Вскрываю одну, протирая свои пальцы.
— Пальчики, Детка.
Она протягивает мне пальцы и я тщательно протираю каждый.
Андрей наблюдает.
Отдаю ей еще пару вскрытых для его спины.
Беру хирургический маркер. Ему не нужно сегодня много. Ему нужно принципиально.
Захожу за спину. Веду две косые линии — от позвоночника, по лопаткам, к плечам.
— Сантиметровыми неглубокими стежками… Между иглами сантиметр. Одна игла вниз, одна вверх, — рисую две схематические стрелки, показывая интервалы. — Двадцать слева, двадцать справа.
Возвращаюсь на место, вглядываясь в его глаза. Он размазан и спокоен. Хорошо.
Откатываюсь, чтобы видеть их в профиль. Протягиваю ей первую иглу. Он напрягается, закусывая губу.
— Это не больно, Андрей. После розги.
Женя защипывает пальцами его кожу. Он вздрагивает. И быстрым ловким движением вгоняет иглу под его шипение, выпуская её кончик наружу. Он закрывает с улыбкой глаза.
— Сорок, — киваю ему я. — Расслабься. Прочувствуй каждую. Не отвлекайся от этих ощущений. Ты будешь любить их. Ты будешь желать их…
Женя наклоняется и ее грудь у его лица, сосок скользит по щеке. Его взгляд тяжелеет. Он нервно облизывает губы.
Смотрю на часы. Пятнадцать минут после порки.
Самое время…
Его гормональный коктейль начал меняться. И к эндорфинам в его крови активно выделяется сейчас тестостерон. Он счастлив и возбужден.
И только по чуть вздрагивающему лицу, я понимаю, что Женя протыкает его дальше. Взгляд расфокусируется, медленно моргает. И снова облизывает губы.
Протягиваю ему сигарету. Прикуриваю.
Затягивается со стоном удовольствия, его глаза закатываются и часто моргают от очередной манипуляции на спине.
