Танго втроем (СИ)

Та благодарно приняла ее как очень ценный груз из его рук и тут же потупила взгляд.

— Я хотела извиниться за то, что так себя вела,— тихо произнесла Пилар, склоняя лицо над чашкой.

— Извинения приняты,— сухо ответил Дадо, стоя у окна; садиться за стол напротив Пилар ему не хотелось.

Чем дальше, тем страшнее. Вдруг у неё снова возникнет идея швырнуть в него чашку или окатить кипятком в приступе новой вспышки гнева. Конечно, сейчас она выглядит смирной и раскаявшейся, но чем черт не шутит. Кто знает, что именно может послужить отправной точкой, какой его жест или слово снова заставят ее взорваться?

— Знаешь, я по тебе очень соскучилась.

— Да? — Дадо удивлённо выгнул бровь. Происходящее казалось ему какой-то странной пьесой, похожей на те, что актёры разыгрывают, втягивая в действие зрителей, спускаясь к ним в зал или, наоборот, вытаскивая кого-то на сцену.

— А что в этом странного? Пилар подняла голову и посмотрела на Дадо, но вызова или злости в этом взгляде не было, напротив, доброта и мягкость, не свойственная ее характеру, снова поразила Дадо.

— Нет, ничего, просто странно от тебя это слышать.

— Да? Ничего странного, ведь я же люблю тебя,- ласково сказала Пилар, и на щеках у неё расцвели пунцовые розы стыда.

У Дадо буквально отвисла челюсть. Этого он уж точно не ожидал увидеть, да и услышать тоже. Когда она последний раз говорила ему о том, что любит вот так запросто и нежно, да ещё и смущалась при этом? Разве что когда они только начали встречаться.

— Скажи, а ты себя нормально чувствуешь? Ничего не болит? — уточнил Дадо.

И даже, несмотря на этот провокационный вопрос, от которого прежняя Пилар явно бы потеряла душевное равновесие и разгневалась, новая Пилар отреагировала совершенно спокойно, и не только не разозлилась и не обиделась, но довольно-таки ровным голосом, будто ее это ни капли не задело, сказала:

— Нет, все в порядке, а почему ты спрашиваешь?

— Да так, не обращай внимание.

— Ну ладно, мне пора.— Пилар поставила на стол пустую чашку и встала из-за стола.— Проводи меня, пожалуйста.

— Уже уходишь? — удивлению Дадо не было придела.— Я думал, ты останешься.

— Меня никто не приглашал. Да и приходила я затем, чтобы попросить прощения, не более того. Не хочу, чтобы ты на меня держал зло, — объяснила Пилар и опустила ресницы, снова принимая вид стыдливой скромницы. Сказав все это, она вышла в прихожую и стала одеваться.