Таня Гроттер и проклятие некромага

С другой стороны, когда опаздывает Ягун, а Лоткова уходит, вопит опять же он, мол, что, подождать нельзя делового человека?

Соловей, прищурившись, смотрел на дракониху единственным глазом. Это был взгляд профессионала – не столько восторженный, сколько деловито-озабоченный. Взгляд человека, который прикидывает сроки и шансы.

– Сегодня мы доставим Раду в Тибидохс. Завтра у девочки генеральная уборка. Чистка чешуи и так далее. Если окажется, что она в форме, – начинаем тренировать ее для матча, – сказал он отрывисто.

В этой комнате никто не живет

Панург был мужчина лет тридцати пяти, не слишком высокий, но и не низенький. Манеры он имел учтивые, нос крючковатый и очень любил оставлять с носом других. Панург с детства страдал ужасной болезнью – отсутствием денег. Однако ж ему были известны шестьдесят три способа добывания денег, из коих самым честным была обыкновенная кража.

Ванька сидел за столом в комнате Ягуна и что-то быстро записывал срывающимся в галоп почерком. Таня тихо подкралась и закрыла ему ладонями глаза.

– Угадай кто? – спросила она.

Ванька накрыл ее ладони своими, нежно стянул вниз и поочередно поцеловал в запястья.

– Хамство какое! А если бы это была не я? – спросила Таня.

– Ну не знаю. Скажем, Милюля или Зубодериха, – сказала Таня, которую потянуло вдруг говорить глупости.

– Чур меня! Я чувствовал, что это ты.

– Чувствам нельзя верить… Что пишешь? Можно посмотреть?

Таня попыталась заглянуть в тетрадь, но прежде чем она что-то прочитала, Ванька захлопнул ее.

– Хорошо, что это сделала ты, а не кто-то другой, особенно из темных, – сказал он.

– Был бы взрыв. Мне не нравится, когда мой дневник выпасают как стадо овечек.

– Хорошо! Дай мне что-нибудь почитать! – попросила Таня.

Ванька быстро пролистал страницы.

– Это нельзя… И это, это, это тоже нельзя, – бормотал он.

– Эй! Не слишком ли много «нельзя» для человека, который тебя любит? – возмутилась Таня.

– Потому и «нельзя», что я хочу сохранить твою любовь. Любовь надо заслуживать и поддерживать каждый день.

– Это наезд на меня или самокритика? – поинтересовалась Таня.

Ванька ушел от ответа.

– Читай вот с этого места! – разрешил он, загораживая ладонью верхнюю треть страницы.

«Думал сегодня о том, как недолго мы все ходим по земле. Гораздо больше тех, кто уже там, под землей.