Таня Гроттер и проклятие некромага

– Ну и что из того! Магические мечи часто маскируются. У нас в Магфорде есть меч, убивающий великанов, так им с виду даже колбасы не отрежешь! – спасая его, великодушно сказал Шурасик.

«У нас в Магфорде! Спасибо хоть не «у вас в Тибидохсе», – отметила Таня и стала думать о Ваньке.

Интересно, с какой стороны он появится? С Жилого Этажа? Или сразу со стены, бросив пылесос, помчится по галерее? Если со стены, не переодеваясь, то единственный путь через Лестницу Атлантов.

Молодцы из ларца давно расставили столы буквой П.

Центральная перекладина П была отведена для преподавателей и выпускников. Младшекурсники, которых никто не собирался прогонять, разместились на двух нижних, длинных перекладинах П.

Началась шумная пирушка. Молодцы носились между столами, стремительные как джинны, ухитряясь повсюду успевать. Ягун автоматически взял на себя роль тамады и даже попытался вскочить на стол, чтобы сделать юбилей совсем уж неформальным, но на него зашикали и стащили.

– Ладно, ладно! Я могу и так! – милостиво согласился Ягун.

Он резво подбежал к Шурасику, обнял его и закричал:

– Поднимем же тост за здравие нашего дорогого друга Шурасика! Спасибо тебе, старик, что ты есть! Потому что если бы тебя не было, наша жизнь лишилась бы источника ярчайших впечатлений! В общем, за Шурасика, господа!

– Все идите к Шурасику, чтобы с ним чокнуться! Я, как видите, уже чокнулся! – вопил разошедшийся Ягун.

Шурасик о чем-то сосредоточенно думал. Пузырьки шампанского мешали ему сосредоточиться.

– О! Сподобились! Теперь прощай веселье, да здравствует скучняк! – воскликнула вдруг Гробыня.

– Все о том же. Сосискотаскал и Клепа идут! – пояснила Склепова и первая же подбежала к академику, рассыпаясь в любезностях. Невозможно было поверить, что это та самая девушка, которая секунду назад называла главу Тибидохса Сосискотаскалом.

Сарданапал выглядел озабоченным. Он отвечал Гробыне, улыбался, поздравлял Шурасика, но в глазах его таилась грусть. Грусть мага, который что-то знает, однако своим знанием не хочет отравлять никому радость.

Пусть бабочки-однодневки самозабвенно порхают под солнцем! Зачем грузить их знанием, что за днем всегда приходит ночь. Что толку в этом знании тем, кого еще до ночи склюют птицы?

Таня с Ягуном обменялись понимающими взглядами. Сарданапал с Поклепом пришли вдвоем. Значит, Тарарах возится с Пегасом, Ягге сидит со своими беспокойными собаккерами, а Медузия с Зубодерихой на дежурстве в темнице.