Таня Гроттер и проклятие некромага

Иногда у магов и некромагов случались перемирия, но никогда не было мира, – философски отвечал Бейбарсов.

– В Тибидохсе два охотника! Они приходили ко мне, искали тебя!

– Вот как? Что за охотники? – заинтересовался Глеб.

У Бейбарсова дрогнул угол рта.

– Отважные ребята, но не очень умные. Были бы умные – сидели бы дома.

– У них «Раздиратель некромагов».

Услышав о «раздирателе», Глеб поморщился. В руках у него внезапно появилась бамбуковая трость. Тане казалось, что прежнюю трость он сломал, но, видимо, завел новую.

– Что ж… пусть «раздиратель». Тем лучше и тем хуже, – процедил Глеб.

– Ты хоть представляешь, что это? – спросила Таня, напрасно ожидая увидеть на лице Глеба страх.

– Догадываюсь, – спокойно ответил Бейбарсов.

– Хочешь сказать, что «раздиратель» тебе не страшен? Это вечная мука!

– Что ты знаешь о муках? Я некромаг. Меня не пугает смерть. Я давно перестал бояться чего бы то ни было.

Таня отвернулась. Ей казалось, Бейбарсов специально мучает ее, вспоминая о Сером Камне.

Снизу, с чердака, донесся звук падения. Бейбарсов схватил Таню за руку. Поднес палец к губам. Потянул Таню к дымоходной трубе и припал ухом к одной из многочисленных трещин. Таня последовала его примеру. Бейбарсов был рядом. Она ощущала его дыхание. Внизу кто-то выругался, озабоченно завозился. В дыры крыши проникло плотное фиолетовое сияние, характерное для защитной магии чердака.

– Что эфо, фудь я фроклятт! – услышала она встревоженный голос.

– Я не могу делаль «тшш»! Оно меня держит! Мне кажется, будто я влип в жидкий резин!

– Это защитная магия темных! Она здесь всюду! Не шевелись!

– Тщорт! Сделать же что-то, Вацлав! Я торчиль здесь точно крыс!

– Чердачные ловушки Поклепа, – шепнула Таня, ощутив вопросительный взгляд Бейбарсова. – Мы с Ягуном и Ванькой их обходили. Но чтобы обойти, надо знать, где они поставлены.

– И что теперь? Примчатся циклопы?

– Непременно. Но не сразу. Башня слишком высокая.

На чердаке послышалась возня. Кто-то кого-то тянул. Кто-то ругался и требовал пошевеливаться. В трещину трубы дважды прорывалось ядовитое фиолетовое сияние.

– Пудь ты пудешш тоже фроклятт! Ты тоже застрял, Вацлав! – обреченно пожаловался уже знакомый Тане голос.

– Некромаг где-то над нами! Если он пойдет через чердак – мы его прикончим!

Глеб отошел от трубы.