Уж больно искусительной мишенью была его остроухая голова со свалявшейся шерстью на затылке. То же, что он подавился талисманом, можно было отнести к неожиданным, но приятным случайностям.
– Жаль, что это не дядя Герман! И не Чума-дель-Торт! – буркнула Таня, проводив Дурамзеса взглядом."
"Ее контрабас послушно вынырнул из последней ямы и, едва не зацепив лакированным днищем песок, взмыл под самый купол, где перед носом у Тефтелета уже роились оставшиеся пять его бабаев. Пробиться к дракону, минуя их, не было ни малейшей возможности.
Заметив, что перцовый мяч, отскочивший от головы Дурамзеса, все еще висит в воздухе, Таня подхватила его и прикрепила к предплечью.
Бабаи недружелюбно наблюдали за ней, медленно надвигаясь. Похоже, отчаявшись справиться с ней в схватке один на один, они решили взять Таню методичной осадой, используя Тефтелета как передвижную огнеметную пушку.
Таня было растерялась, но тотчас в памяти у нее послушно всплыл абзац из справочника «Драконы: разведение, дрессировка, лечение» – того прожорливого справочника, который когда-то едва не отгрыз ей палец на руке, а потом долго улепетывал от джинна Абдуллы, отказываясь вставать на библиотечную полку.
Абзац же, проявившийся у Тани в памяти, гласил:
Драконов легко вывести из себя. Будьте осторожны. Помните, что они всегда бросаются на быстродвижущиеся предметы!
«А что, если?..» – не успев еще додумать эту соблазнительную мысль до конца, Таня уже вовсю петляла у Тефтелета перед носом, дразня его быстрыми перемещениями и яркими мячами.
– Отлично, отлично! Татьяна Гроттер умело выводит из себя дракона египтян! Тефтелет угрожающе ревет. Похоже, испытывая его терпение, Танюша чересчур увлеклась. Внезапная струя огня едва не превращает ее в поджаристый тост. Будь осторожна, Таня! Сейчас дым рассеется, и… Да, так и есть! Взбешенный дракон и пятеро кипящих от злости бабаев, изменив своей тактике постепенного наступления, преследуют Таню на всех парах… Что она сделает? Нет, такого просто не может быть! Это безумие! На полной скорости Татьяна Гроттер переворачивается на контрабасе и летит теперь спиной вперед…
Не только Ягун был поражен.
Гробыня уронила бинокль на голову сидящему впереди Гуне Гломову. Соловей О. Разбойник вскочил, забыв про несгибающуюся ногу. Поклеп Поклепыч схватился за сердце и сполз под скамью. Русалка, высунувшись из бочки, поспешно обмахивала его хвостом.
Тренер египтян Амат поочередно хватался за свои амулеты и что-то бормотал. Его лысина даже вспотела от усердия.
