проверила стремена, подтянула подпруги и решительно оседлала бутылку.
– Надеюсь, ты не бросишь меня, Танька? Я ужасно боюсь высоты. Что надо говорить, чтобы эта штука взлетела? Торопыгус плетутс? Тикалус взрываллус ?
– Ты что, не знаешь? – удивилась Таня.
– Вообще-то меня учили. Я даже летала пару раз, но ничего не соображала от страха, волновалась и все забыла, – сказала Пипа дрогнувшим голосом.
– Зачем тебе это, Пипенция? Полеты – не твое! – спросила Таня."
"– Знаю. Но я хочу, чтобы Гурочка Пуппер увидел, как я летаю.
Возможно, именно в этом сакральный смысл того, что бутыль Абдуллы признала меня. Гурий и я, я и Гурий – тебе этого не понять. Гурий просто создан для меня, даже если сам он этого еще не знает! – сказала Пипа.
Голос у нее звучал маниакально. Взгляд затуманился. Неподалеку сами собой возникли две шаровые молнии и выжгли на скамье сердце, пронзенное стрелой. Танино кольцо нагрелось, реагируя на повысившийся фон интуитивной магии.
– А Бульонов уже не нужен? – спросила Таня.
Пипа смутилась.
– Генка… хм… я сама еще не разобралась… У тебя бывает такое, что нравятся сразу двое? – спросила она.
Таня не ответила на этот вопрос.
– Ладно, Пипенция. Ты готова лететь? Тогда, пожалуй, лучше начать с Пилотус камикадзис. Торопыгус угорелус оставим на десерт.
– Пилотус – это самое опасное?
– Нет. Пилотус камикадзис – медленное, но наиболее грузоподъемное. В равной степени подходит для… для тех, кто начинает, – деликатно изменив формулировку, пояснила Таня.
– Не вцепляйся в седло двумя руками!
– А как же я буду держаться? – быстро спросила дочка дяди Германа.
– Пипенция, не я придумываю правила! Тут надо или лететь, или не лететь. Что-то одно.
Пипа позеленела. Таня ощутила, как та мобилизует последнее мужество, соскребая его отовсюду, как сметану из опустевшей банки. Наконец Пипа разжала правую руку с перстнем и подняла ее.
– Пилотус камикадзис ! Мамочки-и-и!
Транспортная бутыль забурлила и выплеснула реактивную струю.
Таню обдало брызгами шампанского, заставившими ее по сложному закону ассоциаций вспомнить об ананасах. Стремена звякнули. Седло сорвало с места. Вопящая от ужаса Пипа стрелой прочертила небо, оставляя широкий пенный след.
– Хорошо пошла, а? Я даже не ожидал! Просто ракета «земля – воздух»! – прокомментировал Баб-Ягун.
– И это всего лишь на пилотусе ! А если бы мы сказали Торопыгус угорелус ? – изумленно произнесла Таня.
