Она вцепилась в гриф контрабаса левой рукой, правой вытянув вперед смычок. Это был единственный способ перевести падение в минимально достойный полет, но не раньше, чем завершится этот безумный кавардак.
Где-то – внизу, вверху? – все смешалось в этом несущемся на громыхающей колеснице мире – скорбным огрызком карандаша мелькнула Большая Башня. Затем на еще более краткий миг Таня увидела бледное лицо Бейбарсова и метелку в его руке, жестко прижатую к ступе. В отличие от Тани его падение было контролируемым – ступу не кувыркало, хотя и несло к земле со стремительностью выпущенного из катапульты камня.
Таня внезапно осознала, что если сила, несущая их вниз, не вернет их инструментам способность к полету, то не спасут уже ни Ойойойс шмякис брякис, ни Чебурыхнус парашютис форте. Против стихийной неведомой магии бесполезны и смешны все нелепые заморочки магов и чародеев, балующихся на досуге драконболом и летающих на семейных диванах оторваться на Лысую Гору.
Таня закрыла глаза. Даже учитывая, что их швырнуло от самой Гардарики , из высшей точки купола, падение не могло занять больше двадцати – двадцати пяти секунд.
«Вот и все – смерть! О чем думают перед смертью?.. Как же я не приготовила последней фразы? Папа, сделай что-нибудь!.. Дед! Да что же это?» – Мысли то путались, то становились предельно ясными. Она открыла глаза. Все происходило так стремительно, что Таня не успевала испугаться.
Внезапно совсем рядом вырос потрескавшийся зубец стены Тибидохса, залитый холодным розовым сиянием.
«Почему так быстро?» – с обидой подумала Таня. Она отчетливо поняла, что сейчас ее еще раз провернет и ударит о стену спиной и головой. Что ж… все произойдет мгновенно. Она снова закрыла глаза и покорно стала ждать удара.
Это будет сейчас… нет, сейчас… Раз… два… три… Странно… ну когда же… А вдруг все произошло так быстро, что она не успела ничего ощутить? Да, сомнений нет – она уже ТАМ. А не открыть ли глаза? Нет, если она уже там, то вокруг наверняка что-то иное. Что-то такое, к чему нужно морально приготовиться.
Вдруг она сейчас во тьме – и открывай, не открывай глаза – ничего не изменится? Для начала стоит проверить, есть ли вокруг хоть что-то?
Таня попыталась шевельнуть рукой. Зачерпнула пальцами воздух, пошарила… Нет, рука у нее есть, несомненно. Камни, а тут… гладкое, деревянное… Пальцы зацепили звякнувшую струну… контрабас! Просто подарок для Потустороннего Мира, если это, конечно, не какое-нибудь его отражение!
Таня открыла глаза.
