– Сейчас именно такой момент, – поспешно вставил Фудзий. Его раздражало, что завуч не воспринимает его всерьез.
– Допустим. Но в том-то и дело, что в Тибидохсе нет никакого трона! Я знаю тут каждый кирпич! Да что там кирпич! Я на всякого жука в подвале повесил уже инвентарный номер! Если бы трон существовал, мне было бы это известно.
Сарданапал покачал головой.
– Это не легенда, Поклеп! Трон Древнира действительно существует, уж можешь мне поверить. Его магическая энергия в сотни раз больше, чем у качалки, балдахина и котла вместе взятых.
Это единственный резервный запас магии, которого хватит на тысячелетия. Правда, эта магия высвободится лишь тогда, когда трон будет обнаружен. Не раньше.
Академик с надеждой оглянулся на приглашенного специалиста.
– Фудзий, я просил вас обойти Тибидохс. Вы догадываетесь, где трон Древнира? Есть у вас хотя бы предположения?
Фудзий вскинул голову. Его носик маниакально засиял. Он сообразил, что теперь сможет болтать сколько захочет и никто его не остановит.
– Видите ли, магические сущности, которые я изучаю вот уже триста лет, малопостижимы. Предмет внешне часто кажется не тем, чем является на самом деле. Например, цветочный горшок может в действительности быть волшебным копьем или шлемом, а какой-нибудь допотопный табурет – скипетром власти. И никто не догадается об этом, пока не пробьет час. Поэтому не удивлюсь, если трон Древнира теперь имеет вид… э-мюэ… старого сундука или склепа.
А вот когда пробьет час…
– Это мы уже слышали… – нетерпеливо перебил его Сарданапал. – Нас больше интересует, когда он пробьет, этот час. Вы можете нас просветить?
Фудзий надул щеки. Он настолько преисполнился важности, что едва не взлетал к потолку, как воздушный шар.
– Разумеется! Я уже сделал подсчеты, основанные на целом ряде магических формул. Если не предпринимать никаких особых мер, трон Древнира самостоятельно проявится не раньше, чем через месяц, но не позже, чем через две тысячи лет.
Сарданапал и Поклеп переглянулись.
– Срок исключительно точный. А можно как-нибудь ускорить процесс? – мягко спросил академик.
– Безусловно! – закивал Фудзий. – Высвободить истинную сущность способен обряд высвобождения, который мне хорошо знаком. Но обряд этот довольно трудоемкий и требует значительного сосредоточения.
