Танкист из штрафбата

– Со своими знаешь, кто на что способен… Сейчас наша разведка работает в тылу врага, воздушная разведка тоже ведет усиленный поиск. В любую минуту вы должны быть готовы к рейду… А вы, товарищ капитан, лично отвечаете за подготовку боевых машин к операции. Дополнительные баки с горючим, боекомплект – все под завязку. Сами знаете, учить не буду.

– Вопросы есть? – Майор глянул на Бражкина и Родина.

– Есть! – ответил Иван, которого только что осенила идея. – Прошу дать нам еще один танк, немецкий, который мы угнали.

– Хорошо! – сразу согласился майор. – Думаю, комбриг даст разрешение.

«Еще бы не разрешит, – подумал Иван. – Черта лысого даст в экипаж, чтоб только танк этот „королевский“ ему приволокли».

Еще Гриб поинтересовался, есть ли боеприпасы к немецкому танку. На что Бражкин ответил, что у них все есть.

Помянув «черта лысого», Иван почему-то вспомнил о Потемкине и его просьбе.

– Еще один вопрос, товарищ капитан. Вы говорили, любого человека можно взять из роты.

– Забирай, – тут же ответил Бражкин, усмехнувшись. – Будет тебе письменные приказы писать.

Иван поднялся, поняв, что, кроме четырех танков в его распоряжении, никакой ясности не будет, а ночной или дневной рейд за мистическим королевским танком может стать последним актом игры со смертью.

– Иди… – сказал ротный.

Потемкин по-прежнему ждал у палатки, явно переживал.

Родин махнул рукой, мол, пошли за мной.

А взвод уже грелся у костра. Завидев командира, кто-то потянулся вставать, но Родин махнул рукой – «сидите».

– Так, братцы, у нас пополнение. Товарищ Потемкин попросил, чтобы его перевели в наш гвардейский взвод, – произнес Иван и, усмехнувшись, добавил: – Командиром ты уже побыл, теперь пойдешь башнером в экипаж Огурцова.

Все рассмеялись, историю с розыгрышем уже знала вся рота.

Вася Огурцов три дня как выписался из госпиталя и сгорал от желания отомстить врагу за подбитый танк, за погибшего радиста-пулеметчика, за всех ребят.

– Садись рядом, чего стоишь.

Потемкин сел на бревно.

– Экипаж у нас дружный, веселый, ты же как писарь всех знаешь, – продолжил Огурцов. – Если в бою замешкаешься, самого зарядим в пушку и выстрелим!

– Хорошо же ты встречаешь пополнение. Ты научи сначала… – проворчал Родин и дал знак своему экипажу отойти в сторонку.

«В сторонку» – получилось, что ноги сами привели к родному танку.