Танкист из штрафбата

Хоть для приличия пару метров проедет…

Уже не было времени на раздумья. Впрочем, план у Родина уже созрел. Они уходят в сторону Костино, укрывают танки в лесу. Иван слева от дороги, а Еремеев и Огурцов – справа.

Если пойдут «Королевские тигры», лоб у них мощный, бить в него бесполезно…

Саня залез на березу, оттуда дорога просматривалась почти на километр. Сначала ветер донес шум моторов, потом Деревянко увидел их: обычные танки, только чуть массивнее. Раз, два, три, четыре…

Он быстро, как кошка, спустился, мигом занял свое место.

– Четыре, говоришь? И большие?

– Ну, не такие уж большие. Наш КВ крупней!

Оставались секунды, нервы, как натянутая тетива. Успеет Горелкин выстрелить первым в этой дуэли? Всего один выстрел – и прочь из танка!

Этот сигнал к началу атаки ждали, как залп «Авроры» перед штурмом Зимнего дворца.

– Есть! Это Горелкин! – воскликнул, услышав выстрел, Родин.

Тут же в ответ раздался гулкий, сильный грохот пушки «Королевского тигра». Потом второй, третий, четвертый выстрелы…

– Добивают, – сам себе тихо сказал Родин и крикнул в эфир: – Вперед!

Первое, что они увидели, горящий, изувеченный, с разбитой пушкой Pz Kpfw III.

Живы ли ребята, успели ли выскочить – никто не знал…

Справа от дороги, ломая лес, выползли танки Еремеева и Огурцова.

– Догнать и уничтожить! – Короткая команда в эфир, а Сане Деревянко: – Давай, жми на полный газ! И ближе к дороге!

Подмяв гусеницами молодые березки и выйдя на опушку леса, они сразу же увидели «Королевские тигры».

Они шли развернутым строем на предельной скорости – головной танк по дороге, за ним три машины в боевую линию. И цель для них была ясна: прорвавшиеся русские, разгромившие в пух и прах эсесовский батальон, не должны уйти от возмездия. Только догнать, а там – в корму, в лобовую броню или в борт – спасения Т-34 от 88-миллиметровой «королевской» пушки нет.

А у ребят, чтобы отправить фрицев к немецкому богу, только считаные секунды.

И первый выстрел, точный или нет, мог решить исход боя. Вся надежда на командира, на его везение и талант в танковой дуэли первым поражать врага.

Под танкошлемами все на одно лицо: почерневшие, небритые по традиции, в темноте лишь белки глаз различимы.

– Саня… – Голос командира звенит от напряжения.

Сашка, как всегда, орет привычное, очень долгожданное: «Дорожка!» и сжимает зубы. Танк резко останавливается. Сейчас все будто одной жилой связаны.