Танкист из штрафбата

Его манера излагать общеизвестные факты настойчивой скороговоркой поначалу воспринималась как особенность характера человека, который ищет внимания. Но потом, подцепив жертву, Прохудейкин мог нанизывать на нее, как на шампур, совершенно пустопорожнюю информацию. И темы у него были, прямо скажем, самые бытовые: болезни его родственников или знакомых, секреты засолки сала, приготовления ухи или способы быстрого наведения глянца на сапогах. Рассказывая, точнее, рассуждая, он задирал подбородок, и голос у него становился тоньше, с подвывом, как у волка.

И тогда временно исчезали белки под желтоватыми зрачками.

Сейчас Роман улыбался, но в его выпуклых глазах, как всегда, оставались настороженность и неискренность. Молчаливый лейтенант Чварков держал в левой руке квадратный чемодан.

– О, товарищ лейтенант уже с вещами? На постой? – тут же отреагировала Татьяна. – Оля, у нас кроватка найдется свободная?

– Это, девушки, всего лишь патефон, – сказал Чварков и тоже улыбнулся – доверчиво и располагающе, отчего девушки почувствовали к нему большую симпатию.

Круглолицего и рыжего Романа они между собой называли «Подсолнухом», точно подметив его умение появляться в нужный момент перед лицом начальства и предугадывать его желания.

– Да у нас сегодня просто музыкальный вечер, – усмехнулась Оля. – Ты не против, подруга?

– Проходите, товарищи офицеры, – кивнула Таня.

– Ну, зачем же так официально?

Роман снял фуражку и первым шагнул в избу, за ним – музыкальное сопровождение.

Как нормальный тыловой офицер, он прихватил с собой в небольшой защитного цвета сумке круг копченой колбасы, сыр домашний, печенье «Столичное», шоколад, огурцы соленые и на всякий случай бутылку водки (вино достать не успел).

Иван, увидев гостей с музыкой и «котомкой», сказал:

– Ничто так не радует, как своевременное тыловое обеспечение.

Роман не обратил на эти слова внимания, кивнул Юре:

Юра оценил диспозицию, увидел гармонь, ему показалось, что она дышала мехами, ответил, мол, торопиться не надо, спросим, что хотят хозяйки.

– А хозяйки, – встав из-за стола, энергично произнес Иван, – ждут, когда им нальют хорошего чая.

И тут же налил в кружки. Сразу же пошел аромат дальних черноморских побережий, крепких ветров, несущих запахи можжевельника, полыни, ромашки, миндаля и чабреца.

– У этих алюминиевых кружек, – заметила Ольга, прихватив ручку батистовым белым платочком, – есть недостаток: они обжигают руку.