Расстояние тысяча триста метров. Место открытое, не подсунешься. С ними еще броневик. В общем, дорогу перекрыли.
– Чего Хлынову не отвечаешь? Он вас уже целый час вызывает.
– На этой машине рацию разбили, а у меня слабенькая, не достает до поселка. Опомнился, вызывает! Я б ему рассказал, как ребят по кускам из машины вытаскивали.
– Ладно, успокойся. Механика-водителя нашел?
– Нашел. Он как раз и уцелел с той «тридцатьчетверки».
Мы оба снова глянули на догоравшую машину. Закурили. На погонах взводного, пришитых к замасленному бушлату, виднелись дырочки от первых звездочек – совсем недавно он был еще младшим лейтенантом, командиром танка.
Вместе со взводом получил «лейтенанта». Крепышок, с насупленным лицом и курносым носом. Мой изучающий взгляд ему явно не нравился, но что делать в этой ситуации, он не знал. Не знал бы и я, случись это года полтора назад. Сейчас опыт появился, и я перебирал варианты.
– Чего уставился? Думаешь, сильно нам поможешь одним танком? Фрицев артиллерией надо выковыривать.
И не нашими пушками, а гаубицами. Они там зарылись, их черта с два возьмешь.
Я дал лейтенанту выговориться. Настроение его было понятно. Одна машина сгорела, вторая продырявлена. Пять человек погибли, рация на ладан дышит, обе «тридцатьчетверки» в ловушке.
– Успокоился? – спросил я. – Тебя как зовут?
– Лейтенант Ярославцев. Командир взвода. – Длинная фамилия. Не докличешься. По имени можно?
– Иван.
– Ну а я – Алексей.
– Знаю. Кликуха – Штрафник.
– Хоть горшком назови.
– Штрафником, значит, был?
– Был – не был.
Какая разница?
– Разница есть, – хитро улыбнулся Иван Ярославцев. – Воюешь давно, а держат во взводных. А когда я в заднице оказался, послали тебя, а не другого.
– Никто не знает, что с тобой. В заднице ты или в другом месте.
– А что, трудно понять? Взвод бросили, два часа связи нет. Значит, не все в порядке. Была бы возможность, мы бы давно прикатили."
"Ярославцев хоть из молодых, но действует правильно. На рожон не полез и сумел вывести из-под огня дальнобойных немецких орудий две машины.
Молодец, что не полез в драку по открытому полю на дурняка. Судя по дырке в броне, стреляли из орудия калибра 88 миллиметров. А вот кто занял позицию в леске, надо еще выяснить. Если «тигры», то дело паршивое. Пара машин с круговым обстрелом и броней в десять сантиметров – дело серьезное. Чтобы ее пробить, надо приблизиться метров на пятьсот. На такое расстояние они не подпустят. Впрочем, «тигров» в танковых частях не так и много.
