Да и не всякий царь добрый и справедливый! Вот был когда-то Степной Каган, так мы с друзьями его нагнули по самые помидоры…
– Довольно! – рявкнул Диомед, прерывая. В лицо бросилась кровь, щеки побагровели, глаза мечут молнии в варвара и его спутника. – Что это мы все о суете да о суете! У нас сегодня праздник и веселье. Приглашаю вас посмотреть моих любимых волшебных коней! Таких вы точно нигде не видели…И никогда больше не увидите, – добавил насмешливо.
– Коней, это мы с радостью! – ответствовал Таргитай, с улыбкой потирая руки.
Он заметил, что Стефей все еще выглядит напряженным и готовым к бою, руку держит на поясе возле меча. Невр хлопнул его дружески по плечу – мол, расслабься и отдыхай, что ты такой смурной.
– Эй, проводите гостей к конюшням! – велел Диомед, кивая Миродралу.
Воин раздвинул губы в злобном оскале, смерил Таргитая насмешливым взглядом, на Стефея глянул как на навозного жука. К нему подошел Миролюб, сказал приветливо:
– Пойдемте, дорогие гости. Эти кони – всамделешнее диво-дивное! Они настолько волшебны, что и на смертном одре будете их вспоминать! Ха-ха!
– Не нравится мне все это, – бросил Стефей Тарху шепотом, но проголодавшийся, увлеченно рассматривающий пирующих за столами людей и яств дудошник его не услыхал.
В животе утробно заурчало, словно там проснулись огромные жабы и принялись громко квакать.
Они покинули балкон, прошли в соседнюю дверь вслед за могучими братьями-воинами, и вновь оказались на открытом пространстве. Тоже своего рода балкон, отметил Таргитай, с любопытством вертя головой по сторонам.
Рот удивленно приоткрыт, взгляд скользит по статуям прекрасных дев у стенах. На них не хватает важных элементов одежды, прелести оголены, а некоторые статуи и вовсе обнажены с головы до ног.
Дудошник глядит так, словно никогда прежде не видел обнаженных баб, как изголодавшийся кот на миску сметаны. А девы эти обнимают огромных, ростом с человека, рыб, или же рядом с ними статуи могучих витязей с рыбьими хвостами вместо ног.
Таргитай посмотрел с сочувствием – ежели нет ног и всего, что положено мужчинам, то возле этих прекрасных женщин им делать нечего…пусть даже они – всего лишь искусно вырезанные изваяния из камня.
Оторвавшись от созерцания прекрасного, невр заметил, что Миролюб с Миродралом по дороге схватили какого-то слугу, Миродрал ведет его за шкирку чуть ли не силой, тот бледный с перепугу, руки трясутся, смотрит на воинов с мольбой.
– Что это с ним? – спросил Таргитай.
