Таргитай

 – Лучники!"

"Таргитай видел, как заблестели наконечники стрел, раздался скрип туго натягиваемой тетивы. Сердце вдруг сжалось в ледяной ком. Пальцы до боли стиснули рукоять Меча, сердце бешено колотится.

Он уже собрался прыгнуть с помоста в толпу княжеских воинов и рубить, рубить, рубить… авось лучники там достанут его не сразу, они со Степаном успеют забрать как можно больше врагов с собой в царство Ящера.

– Остановитесь! – раздался властный женский голос. – Опустить луки!

Таргитаю под ноги со стуком вонзилась стрела, но других не последовало.

Он повернулся к детинцу, откуда раздался спасший их голос. Все присутствующие тоже посмотрели туда.

От терема медленной походкой идёт княгиня Аграфена. На ней красное платье с широкими рукавами, голову венчает платок. Лицо надменное, взгляд властно скользит по лицам бояр и дружинников. Воины опустили оружие, копья и мечи уткнулись в землю. Но по лицам видно, что в любой момент готовы пустить их в ход.

По толпе волной прокатился шёпот:

– Аграфена!

– Это ж сама княгиня!

– Аграфена-матушка! Слава княгине!

– Слава!!!

Толпа разразилась хвалебными криками.

Аграфена властным жестом заставила оправившуюся от страха толпу замолчать.

Подойдя к помосту, где на кольях уже застыли, потеряв последние капли жизни, казнённые, медленно поднялась к Степану и Таргитаю.

На короткий миг взгляд её задержался на теле Кологора, что распласталось на земле. Лицо землисто-бледное. Руки широко раскинуты, голова задрана так, что короткая клиновидная борода смотрит в небо.

Оказавшись возле Степана с невром, Аграфена подняла взор на лучников.

– Опустите луки! – молвила она так, что голос громко прокатился по широкому двору. – Наш князь мёртв! Отныне княжеством правлю я!

Аграфена посмотрела на золотоволосого невра. Тот с недоверием глядит в её суровое, но красивое лицо. Лишь теперь смог как следует рассмотреть княгиню, сразу стало ясно, чью красоту унаследовала Ладомира.

У Аграфены миловидное лицо с резковатыми чертами, длинные, красивые ресницы.

– Ты убил моего мужа, – молвила она негромко, словно не замечая стоящего рядом Степана, – спасибо…

Таргитай решил, что ослышался, а Степан так вообще от удивления раскрыл рот.

– Он был неуязвим для любого оружия, – продолжала княгиня.