Таргитай

Наконец, из дудочки полилась чистая, без искажений музыка, похожая на журчанье ручья.

Дудошник снова взялся за нож, принялся доделывать сопилку, улучшать. Потом снова играл на разные лады, добиваясь наилучшего звучания.

Ни он, ни Степан больше не произносили ни слова. Когда Тарх не играл, было слышно, как ветерок шелестит листьями в ветвях над головой.

– Пойдём, – сказал Степан, вытирая со рта капельки жира. – Не так уж мы далеко ушли от города. Если не хочешь, чтобы княгиня послала погоню, а потом держала тебя на цепи для срамных утех, надо шевелиться.

– Разве что-то может быть хуже? – спросил Таргитай удивлённо.

Степан покачал головой.

– Разъярённая и брошенная женщина, – сообщил он с мрачной ухмылкой, – способна на такие зверства, что рядом с ней палач покажется безобидным ребенком. А ты умудрился разозлить и бросить сразу и княгиню, и её дочь. Сам подумай, в какой ты теперь смертельной опасности.

Он помолчал, раздражённо махнул рукой и добавил:

– И я вместе с тобой.

Часть 2

Глава 1

Они шли несколько дней, держась в стороне от городов и деревень. Еду покупали в маленьких хуторах либо прямо у крестьян, что везли молоко, яйца, битую дичь и прочие запасы в распахнутые ворота городов.

Пару раз замечали вдалеке на дороге золотистые искорки, Таргитай помнил, что это солнце сверкает на железных доспехах. Затем уже встречали клубы пыли, что летели из-под копыт коней. Они со Степаном ныряли в кусты или хоронились в высокой траве.

Вскоре степь сменилась пустошью, которую сдавили скалы. Они торчат из земли, возвышаясь, точно могучие, закопанные глубоко в землю гиганты, что попытались выбраться и превратились в камень. Небо тоже сделалось серым, угрюмым. Под ногами жухлая трава, короткие толстые стебли стелются по земле, как змеи.

Таргитай доделал дудочку, теперь то и дело играет, шлифует новую песню. Но мелодия выходит печальная, заунывная, словно поминальная песнь. Слова на неё тоже ложатся суровые, мрачные.

Степан не выдержал, посмотрел с раздражением.

– Сыграй что-нить повеселее! И так на душе гадостно, а ещё ты со своей дудкой. Ты ж тогда на пиру играл красиво, аж за душу брало. А теперь как будто воет стая голодных бродячих собак!

Таргитай сказал с обидой:

– Как чувствую, так и играю.