Театр теней

Перед ним стояло четыре человека; он ждал своей очереди, равнодушно разглядывая табличку с меню. Когда подошла его очередь делать заказ, он постарался не дотрагиваться до стального прилавка. Микки был уверен: в базе данных нет его отпечатков пальцев, и вообще, этот метод уже нечасто применяется при идентификации человека, поскольку анализ ДНК дает куда более надежные результаты, и все же, зачем оставлять тень своей руки там, где бываешь? Он заказал большой сэндвич с индейкой, без сыра, и встал в следующую очередь, к кассе, пока работники укладывали слоями майонез, кусочки птицы, листья салата и бекон на ломоть белого хлеба.

Сэндвич был готов, как раз когда подошла его очередь в кассу. Парнишка лет семнадцати спросил его, что он заказал, и Микки описал свой сэндвич и достал десятидолларовую купюру. Отсчитав сдачу, паренек протянул ее Микки, тот накрыл пальцы парня рукой так, чтобы он почувствовал шрамы на загрубевшей коже ладони.

— Ты Кристофер Бел Геддес? — спросил он как бы мимоходом.

Он знал ответ на этот вопрос. Ему хотелось, чтобы парень сосредоточил на нем свое внимание. Обычно ведь подростки не слушают, что им говорят.

— Да, — сказал тот и поднял глаза.

Микки наклонился вперед и заговорил очень тихо. Парнишка тоже наклонился, так низко, что его ухо оказалось у самого рта Микки — он мог запросто его укусить.

— Передай своему отцу: если он и чист перед законом, — проговорил Микки, обдав ухо собеседника горячим дыханием, а другой рукой засовывая в карман его фартука сложенный листок, — перед «Рукой Господа» он ответит.

 — Последнюю фразу он произнес с южным акцентом: «Руко-ой Го-оспа-да-а», — отчасти чтобы лишний раз воспользоваться маской Байрона Бонавиты, отчасти потому, что, когда он репетировал эту фразу, ему слышалось нечто зловещее в том, как он ее произносит. Он называл этот голос «суровый священник». Похоже на Де Ниро в римейке фильма «Мыс страха».

Кристофер Бел Геддес так и стоял, склонившись над прилавком, а Микки уже схватил сэндвич и рванулся к двери.

Он шагал, опустив голову, через зал бакалейного магазина мимо касс — их было пятнадцать, над каждой табло с номером — в сторону автоматических дверей, охраняющих прохладный воздух внутри от уличной жары.

— Сэр? — услышал Микки у себя за спиной. Он не поднял головы. — Сэр? — повторил голос, он приближался. — Сэр, покажите, пожалуйста, ваш чек.

Микки остановился. Он даже не знал, есть ли у него этот самый чек.