Тебе меня не сломить

А ведь на самом деле, это и есть их, хоть и физически уже не первый, но все равно «первый» раз.

Желанный для обоих. И теперь, вероятно, она будет спать в его постели. С ним рядом. Каждую ночь. От всех этих мыслей голова шла кругом, сердце сбивалось с ритма, и девушка с трудом взяла себя в руки, постаравшись полностью переключиться на сына.

Едва выйдя из комнаты, Степнов различил знакомый звук, доносящийся с кухни — на столе вибрировал мобильник. Влад.

— Слушай, неужели я так много прошу — несколько часов покоя? — с усмешкой проговорил Саша в трубку, включая чайник.

— Что?! — застыв на месте, медленно спросил Степнов, а внутри нарастало нехорошее предчувствие.

— Василий Петрович…

Саша стоял посреди кухни с телефоном в руке и молчал, бессмысленным взглядом провожая секундную стрелку настенных часов, бегающую по кругу.

— Ему голову проломили, Сань. У него не было шансов выжить.

— Когда? — только и смог произнести Степнов.

— Вчера между одиннадцатью и двенадцатью вечера.

Как раз, после разговора со Шведовым, пронеслось в голове.

— Он не вышел сегодня, стали ему звонить, не отвечает. Человек-то пожилой, одинокий. Он же не в Москве жил, в Трехгорке у него домик свой. Мы ребят из ППС местного попросили доехать глянуть, — продолжал Влад. — В общем, не открывал никто. Они по соседям прошлись, никто ничего не видел, не слышал.

Стали дверь ломать.

— Ограбление? — с трудом произнес Саша, сердцем чувствуя, здесь что-то другое.

— В доме все, вроде, на месте. Техника, мебель, даже деньги на полке серванта.

— Скинь мне адрес, я сейчас приеду, — Степнов нажал на кнопку отбоя.

Кому мог помешать рядовой эксперт отдела? Он проработал в Мневниках более двадцати пяти лет, и никто не мог сказать о нем ничего плохого. Человек чести.

С ним всегда было сложно договориться о подмене каких-нибудь отпечатков, и деньги он не брал. И именно Василий Петрович знал про совпадение отпечатков из гаража и тех, что были в деле об убийце шлюх.

* * *Равиль Мельниховский широкими шагами расхаживал взад и вперед по комнате, пытаясь совладать с волнением, не отпускавшим его со вчерашнего дня. Беслан, развалившись в кресле, молча следил за отцом.

— Нет, Шведов прав, тебе нужно уезжать.