Тебе меня не сломить

Влад медленно отстранился: — Извини.

Юля тут же проскользнула мимо него и скрылась в комнате, слишком сильно хлопнув дверью. Конечно же, она испугалась, идиот! Пребывая в невеселых раздумьях, испытывая чувство стыда перед девушкой, перед Сашей, опер закрыл воду, с шумом бьющую из-под крана, и подошел к окну. Как-то некрасиво все получилось…

* * * С гулко бьющимся сердцем Юля схватила ребенка и крепко его обняла, как будто пытаясь найти защиту у него, пусть пока еще маленького, но все-таки мужчины. Что это было вообще? Или ей померещилось? Привиделось то, чего не было? Довела сама себя пугающими мыслями о том, что Влад на нее как-то не так смотрит? Или он действительно к ней приставал? Хотя приставал, это, наверное, слишком сильно сказано.

Закрыв глаза, девушка прижалась щекой к головке сына и тут же, нахмурившись, начала пристально в него вглядываться. Маленькое личико заметно покраснело, и явственно чувствовался жар от его дыхания.

От ее порывистых движений маленький Данечка проснулся и громко заплакал.

Юля пыталась успокоить разошедшегося малыша, одновременно свободной рукой переворачивая вверх дном сумку и вытаскивая аптечку. Хорошо, что она сообразила взять с собой и градусник, и жаропонижающее, но в любом случае им срочно нужно было возвращаться в Москву под наблюдение педиатра.

Девушка набрала номер Степнова.

В дверь негромко постучали. Видимо, Влад, не выдержав, пришел узнать, в чем дело. Он слегка приоткрыл дверь в комнату, не решаясь пройти дальше, и обеспокоенно спросил: — Что-то не так? Юля, если и была обижена на него, постаралась это скрыть. В ее голосе слышалось лишь растущее волнение: — У Данечки температура, кажется.

Опер быстро вошел в комнату и, подойдя к ним ближе, коснулся лба ребенка, заходящегося в крике.

— Врача бы… — Саша трубку не берет, — уже со слезами в голосе выдохнула Юля.

Пока Влад пытался дозвониться до начальника, девушка в отчаянии металась по комнате, напрасно пытаясь успокоить ребенка и успокоиться самой. Конечно же, вчера ребенок вспотел в комбинезончике, и стоило лишь выйти из машины в прохладу ночи, как его тут же продуло.

— Трубку не берет, занят, наверное, — парень был озабочен не меньше Юли.