Главное, что я о тебе всё знаю, этого вполне достаточно.
Я по плечу его стукнула, но сказать ничего не успела, в дверь постучали. Мы с Генкой друг от друга отскочили, совсем как раньше, когда никто не знал и не догадывался о нас с ним. Засмущались вдруг, одновременно вспомнив, что с некоторых пор можем этого и не делать, но привычка, как известно, великая вещь.
— Ген, ты у себя? — В кабинет Оксана заглянула, меня увидела и сразу поскучнела. — Мне поговорить с тобой надо, — сказала она брату, правда, уже более тусклым тоном.
— Я пойду, — сказала я, проявляя чудеса благодушия. Взяла свою сумку, Оксану аккуратно обошла, и направилась к двери. На пороге оглянулась и послала Завьялову воздушный поцелуй. Тот хоть и смотрел на меня, но и бровью не повёл, только глаза вспыхнули, но он тут же к сестре повернулся. А я за дверь вышла, плотно её прикрыла за собой, и помедлила пару секунд, решая, стоит мне знать, о чём Оксана Генке говорить будет, или обойдусь. Не знаю, кому как, а лично мне в детстве никогда не говорили, что подслушивать нехорошо.
Как не подслушивать-то, особенно, если разговор непосредственно тебя касается, и возможность предоставляется всё узнать? Да и кто, собственно, удержится? Правила и законы сочинять хорошо, а вот исполняют их далеко не все. Наверное, только самые порядочные. Я таких в своей жизни, кстати, не встречала никогда."
"От искушения меня спасла горничная, появилась в коридоре с подносом в руках, на меня посмотрела, поздоровалась, а я ей кивнула, и от двери отошла. Ладно, можно подумать, я так не догадываюсь, о чём разговор пойдёт.
Одно из двух — либо ""денег дай"", либо ""Василиса тебе не пара"". Я по коридору прошла, за угол завернула и со Стасиком столкнулась. Причём, столкнулась натуральным образом. Налетела на него, или он на меня, не суть важно, но я отшатнулась, на высоких каблуках покачнулась, и ему пришлось меня поддержать. А поддерживать Стасик умел, вот эта черта у них с Генкой семейная. Вроде бы из благих побуждений меня подхватил, но как-то умудрился всю меня облапать, оставалось только руку мне под подол запустить.
Я разозлилась и с силой его оттолкнула от себя.
— Руки длинные, что ли?
Стасик разулыбался, меня разглядывая, ещё на шаг отступил и окинул меня долгим взглядом.
— Василиса. Привет.
— Да? Ты только узнал? — Я широкий ворот блузки поправила, потом кулон вернула на положенное ему место — на середину груди. И нахмурилась, догадавшись в какую сторону Стас путь держит. — У вас семейный совет?
— А? А-а.
