Тебе не сбежать от меня

И невинное чаепитие с медом и конфетками там, где меня только, что отымели, — это своего рода утонченное извращение.

— Я не так часто тут бываю, — усмехается Кирилл. — А приятные воспоминания — это прекрасно.

Я заливаюсь краской как никогда. Столько сколько я краснею сегодня, я не краснела никогда в жизни.

Но что ни говори, а время уже что-то около пяти утра, и я начинаю зевать. Мне безумно жаль засыпать, хочется продлить эту безумную ночь, потому что завтра все станет как прежде.

Однако, Кирилл, замечая, как я сцеживаю зевки в кулак, принимает волевое решение отправляться в кровать.

— Не смотри на меня так жалобно, мы с твоим другом договорились, что он приедет к двенадцати. Как я и обещал, я тебя еще порадую. И даже не один раз.

— Но Кир… — начинаю я и тут же смущаюсь, вспоминая, в какой момент мне пришло в голову сократить его имя.

— Можешь звать меня Киром. Мне нравится, — по-доброму улыбается он. — Меня так давно не называли.

Он подхватывает меня на руки и уносит наверх, где нас ждет огромная разобранная постель.

Как я ни стараюсь оттянуть момент, но, прижавшись к горячему боку Кира, под его ровное дыхание засыпаю почти мгновенно. Проваливаюсь в сон, как в кроличью нору.

Просыпаюсь от того, что меня разворачивают на живот. Приоткрываю глаза. За окном рассвело, но это мне ни о чем не говорит. Сейчас может быть и девять утра, и двенадцать дня. Понять сколько я проспала невозможно.

Прекращаю свое подсчеты, когда Кир подсовывает мне под живот подушку.

— Привет, — мямлю я.

Сверху меня накрывает горячее жесткое тело.

Наряженный член трется между ног, а Кир целует меня в шею, между лопаток, проводит шершавой ладонью по ребрам, и от этих нехитрых ласк я мгновенно завожусь.

Слыша мое прерывистое дыхание, Кир издает довольный смешок.

Пробежавшись пальцами по моей скользкой щелке, понимает, что я уже готова, и толкается в меня.

— Доброе утро, Катюша, — горячий шепот опаляет мое ухо, вызывая мурашки.

Сегодня Кир входит легко, но он все равно медлит. Заполнив меня, стискивает в объятьях и наконец показывает мне, что такое «жестко».

Он, как я и мечтала, трахает меня на всю длину с оттяжкой, ближе к финалу переходя на сумасшедший темп.

— Горячая моя, ненасытная, — слышу я. — Никуда ты от меня не денешься. Тебе не сбежать от меня, догоню и затрахаю.

Остальное тонет в шуме крови в ушах, в стуке сердца, в звуках упругих шлепков его бедер о мою попку.

Когда нас захлестывает оргазм, я едва замечаю, что Кир успевает из меня выйти.