Тебе принадлежу

Далекая от всей этой бурной деятельности я все чаще заостряла свое внимание на девушке, в поведении которой не было ничего, от знакомой мне стервозной натуры. Даже взгляд изменился, не видела я в нем больше былого высокомерия, он казался потускневшим и каким-то загнанным что ли. Все меньше я понимала эту девушку, словно не она еще несколько недель назад оскорбляла меня, демонстрируя собственное превосходство. Словно не она больно хлестала словами, которые рвали сердце на части, разбивали на осколки. Не было больше провокаций и попыток вывести меня из равновесия, она лишь украдкой бросала на меня взгляд, старательно пряча едва заметную улыбку.

—Катюш, ты меня слышишь? — голос мамы возвращает меня в реальность, развеивая поток воспоминаний. — Пойдем, нечего сидеть на холодном полу, тебе нужно отдохнуть, а я пока что-нибудь приготовлю.

Улыбаюсь. Мама такая мама. Всегда ласковая и понимающая, сомневаюсь, что кому-то в этой жизни повезло с родителями больше, чем мне. Киваю и не без труда поднимаюсь с пола.

Возвращаюсь в спальню и только сейчас вспоминаю, что со вчерашнего дня не видела свой телефон. Пропажа отыскивается под одеялом, и когда я успела его туда положить?

—Разрядился, — произношу в пустоту, и ставлю телефон на зарядку. Проходит несколько минут прежде мне удается включить гаджет, и я сразу же жалею об опрометчивом решении. Телефон начинает пиликать и вибрировать в руках, оповещая о входящих сообщениях в мессенджере от… Стаса. Только Кириленко мне сейчас не хватает. Больше недели я избегаю любого контакта с этим человеком.

Дима считает, что лучшая стратегия — тянуть время, пока Макс не закончит начатое. В университете я все эти дни тоже не появлялась, причиной опять же являлся Стас, которого, впрочем, это не заботило. Ежедневно я получала от него сообщения с требованием дать ответ, иногда он вновь переходил к угрозам, вызывая на моих губах усмешку.

Первая мысль: удалить все разом не читая, но взгляд цепляется за прикрепленный файл. По телу пробегается неприятный холодок, в горле мгновенно пересыхает.

Не открывая файл, я представляю себе худшее, а что, если там Макс, что, если они с ним что-то сделали? Дрожащими пальцами открываю сообщения датированные вчерашним днем.

«Все еще сомневаешься в том, что твой Макс подонок?» — гласит первое сообщение.

«На вот полюбуйся на своего ненаглядного»

Запускаю прикрепленное видео и сердце уходит в пятки. Воздух вокруг становится вязким, тяжелым, обжигает легкие с каждым новым вздохом.