Днём кто-то приезжал или воры промышляют? Запихнув Сосиску за пазуху, и, перехватив снеговую лопату так, чтобы, в случае чего, ею удобнее было бить, толкнул соседскую калитку, и та беспрепятственно открылась.
Следы меньше моих вели ровно к крыльцу, подняв взгляд на которое, я понял, что опоздал со своими идиотскими разговорами, отложенными на завтра, когда увидел там сидящую на своем рюкзаке Риту, которая, обняв колени и, уткнувшись в них лицом, тихо плакала.
Глядя на комочек в куртке и шапке, который выглядел в разы жалостливее, чем найденная когда-то Сосиска почти на этом же месте, в моей груди что-то надорвалось.
Одномоментно хотелось обнять Риту и порубить её недопарня лопатой как дождевого червя. Но лопату пришлось приставить к забору и войти в соседский двор, где, всё еще не заметив моего появления, на крыльце плакала Рита.
Никогда не утешал плачущую девушку и даже примерно не представляю с чего здесь можно начать и что нужно сказать, чтобы не стало хуже.
- Рита, - обратился я к ней робко.
Плечи девушки дрогнули, голова резко поднялась, взгляд сфокусировался на мне, и пришло узнавание.
Быстрыми движениями рук Рита отерла щеки и глаза от слёз и встала на ноги, будто присела всего на секундочку, а не пробыла на этом крыльце черт знает сколько.
- Привет, - выронила она сипло и, вероятно, с большим усилием натянула улыбку на покусанные губы. – Я тут просто… мама… Мама просила заехать, посмотреть дом.
- Пойдём домой, - протянул я ей руку, желая помочь спуститься с крыльца. Рита проигнорировала мой жест и спрятала свои руки за спину.
Пришлось прибегнуть к козырю, что был спрятан во внутреннему кармане моей парки. – Сосиска замёрзла.
- Ириска, - поправила меня Рита машинально. Глубоко вдохнула и, стараясь казаться дружелюбней, произнесла. – Вы с ней идите, а я здесь еще раз всё посмотрю и поеду в город.
- Куда ты поедешь, Рита? Последний автобус уехал часа три-четыре назад.
- Что-нибудь придумаю. Идите, - едва держалась она. Из-за навернувшихся слёз в лунном свете заблестели глаза.
- Тебя, наверное, Ксюша ждёт.
- При чем здесь Ксюша? – нахмурился я нервно. – Нет её.
- Я думала, ее выписали, - быстро смахнула она слезу с щеки тыльной стороной ладони.
Будто я мог ее не заметить.
- Даже если и выписали, то что? С сегодняшнего дня мы с ней просто давние знакомые. И пошли уже домой, я тоже начал мерзнуть.
- Я хочу побыть одна. Еще немного. а потом, может быть, приду к тебе и Ириске. Хорошо?
- Нихрена хорошего в воспалении легких нет.
