Белый шум в голове не позволял сформулировать хоть одну связную мысль и понимание того, что делать дальше.
Я буквально выпала на улицу из подъезда. Глотнув холодного зимнего воздуха, опираясь рукой о стену, дошла до угла и спряталась за него.
Раньше неконтролируемого плача пришла рвота, когда я в ярких красках представила, что эти двое делали друг с другом за моей спиной, а потом Рома, как ни в чем не бывало, целовал меня тем же ртом и запускал тот же язык в рот ко мне.
Отерев губы тыльной стороной ладони и рыдая так, как не рыдала еще никогда в жизни, я хотела только одного – убежать и спрятаться так, чтобы меня еще долго никто не смог найти.
Детское и откровенно глупое желание, но другого у меня попросту не было.
Глава 24. Мотя
- Я больше не поведусь на твои чары. Даже не пытайся. И не строй мне глазки. Не надо. Я останусь непоколебим, а ты не получишь больше ни одной подушечки корма.
С самым невозмутимым лицом убрал пакет корма в шкафчик и демонстративно закрыл его.
Для Сосиски, разумеется, мои слова не были хоть сколько-нибудь весомыми аргументами. Подойдя ко мне, она встала на задние лапки и передними зацепилась за ткань штанов, чтобы поймать мой взгляд, расширить свои зрачки и начать мурлыкать, как мелкий трактор.
- Я не поведусь. Перестань. Это больше не сработает. Еще одна подушка, и ты точно лопнешь. Сосиска, - сокрушенно выдохнул я, когда кошка потерлась своей мордашкой о мою ногу.
– Все вы, бабы, одинаковые. Вот как вам можно отказать? – открыл шкафчик и достал из пакета подушечку корма. Присел рядом с Сосиской на корточки и дал ей лакомство. – Эта точно последняя.
Съев ее, Сосиска обнюхала пол рядом со мной и вопросительно посмотрела на меня, явно ожидая добавки. Минитрактор-вымогатель снова завелся.
- Вот теперь точно последняя, - достал я для нее еще одну подушечку и, пока она ее не съела и не начала требовать добавки, быстро поднялся наверх, чтобы принять душ после рабочего дня и завалиться спать.
Четыре дня бичевания и сегодняшний, который начался со стресса и больницы, хотелось закончить горячим душем и крепким сном до утреннего будильника. Да и к завтрашнему разговору с Ритой нужно подготовить мысли, чтобы сказать ей то, что ее ранит, менее болезненно и более достовернее.
После душа, поменяв постельное в своей комнате, закинул грязное в стирку.
