Раньше я не понимала, чем так плохи слёзы, что их нужно прятать, но сейчас, стоя перед двумя предателями, я понимала, почему – я не дам им почувствовать себя победителями.
- Рита… Мы просто… - стал мямлить Рома.
- Я не с тобой разговариваю, - прервала я его и снова перевела взгляд на «подругу». - Я не спрашиваю, почему это сделал он, - указала я кивком головы на Рому. – Наверное, нечто подобное я ждала от него. Мне нужно знать, почему это сделала ты?
- Так получилось, - повела Настя плечом, и в этот момент мне стало понятно, что она не сожалеет ни о чем.
И то, что я в первые секунды восприняла за стыд и сожаление на ее лицо, было не более чем легкое «упс», как если бы она уронил кусок хлеба с маслом на пол."
"- Интересно у вас получилось, - дернула я бровями и даже каким-то чудом смогла улыбнуться уголками губ. – Моя косметичка в тумбочке и одежда, - обратилась я к Роме, не собираясь разжевывать ему, чего именно хочу. Казалось, еще немного слов и дамба сдерживаемых слез не выдержит.
- Рита, давай поговорим, - выступил сраный дипломат.
- Хочешь обсудить со мной, как имел мою подругу на том же месте и в тех же позах, что и меня? Спасибо, не надо. Вещи мои отдай.
Понуро опустив голову, будто обижен и унижен здесь только он, Рома пошёл в комнату за моими скромными пожитками в его съемной квартире. Я же осталась стоять напротив Насти и сохранять гордую осанку, делая вид, что меня, вообще, ничего не задело, а на оставшийся день у меня куча планов, среди которых, нет ни одного, который начинался бы со слова «удавиться».
- Тебе, вообще, пофиг, - выплюнула Настя брезгливо, что вынудило меня сосредоточить размытый взгляд на ее озлобленном лице. – Как обычно.
- О чем ты?
- Помнишь областные соревнования, где я в финале проиграла тебе?
- Нам было по четырнадцать. К чему мне это вспоминать?
- Я надеялась, что ты мне уступишь. Как лучшей подруге. А ты точно так же смотрела на меня, будто тебе плевать.
- Я уступаю тебе сейчас, - выронила я нарочито небрежно и забрала свои вещи из рук принесшего мне их Ромы.
– Только теперь мне действительно плевать.
- Пиццу заказывали? – чуть потеснил меня курьер, будто я была ему конкуренткой.
- Заказывали, - кивнул Рома, провожая меня взглядом.
Убрав вещи в рюкзак и застегнув его, я развернулась и безмолвно пошла прочь. Чем ниже спускалась по ступенькам и дальше уходила, тем более явственнее ощущала слезы, выступившие на глазах и жгущие щеки.
Меня словно душили.
