Телеграмма с того света

Гусь-то ведь любит свою гусыню и заботливей и вернее, чем лебедь, а все песни про любовь только о лебедях сложены…

— Гусю для легенды длины шеи не хватило…

Справедливости ради я заметил:

— Гусь все-таки почаще встречается, чем лебедь. А в легенду попадает то, что реже видим…

— Ну да, — согласилась Надя. — Поэтому легенды о лебедях написаны гусиными перьями…

Помолчала и усмехнулась грустно:

— Боюсь, что скоро гуси тоже станут редкими, как лебеди. Когда-то Россия занимала первое место по вывозу гусей. Из наших мест гуси на экспорт пешком отправлялись.

Знаете, как это делали?

— Нет, никогда не слышал…

— Гуся осеннего, откормленного брали под крылья и опускали ногами в бочку с расплавленным варом. Окунут и пустят по песку, по пыли бегать. На вар пыль налипнет, засохнет, тут ему снова ноги окунают в бочку. И так несколько раз, пока не нарастут у него толстые черные сапоги. После этого собирают тысячное стадо и пешим ходом — в Германию. Пока дойдут до Пруссии, обколотят смоляные сапоги, их фермеры по мешкам на откорм рассадят и к рождеству на всю Европу продают неслыханного вкуса и жирности гусей.

Так и хвастались ими — мол, «прусские гуси».

— А вы это откуда знаете? — удивился я.

— А мне Николай Иванович рассказывал. Ему ведь до всего было дело, он написал статью в «Известия» о том, что гусями надо заниматься — скоро попадут в Красную книгу. Собрал массу литературы, выступал с лекциями, местным жителям объяснял, какое это дело выгодное, всем полезное и приятное.

Да, удивительно жил Кольяныч.

Странный, непонятный человек. Ну, что может быть общего у преподавания литературы с разведением гусей в Рузаеве? Какое ему дело до гусей? Как просто и незаметно он перемешал в своей жизни обыденность и мечту, а может быть, он целую жизнь писал лебедиными перьями легенду о красоте гусей? Да нет — это и звучит как-то смешно.

Надя задумчиво смотрела на меня, будто хотела угадать, о чем я думаю, потом спросила:

— Вы мечтать умеете?

— Да вообще-то говоря, времени для этого не остается, но иногда пытаюсь…

— А о чем вы мечтаете? — спросила она.

Мне не хотелось говорить об этом, и я усмехнулся.

— У меня всегда одна мечта — ложиться спать не позднее десяти…

— Боюсь, что сегодня вашей мечте не суждено осуществиться, — сказала Надя.

— Я в этом просто уверен, — подтвердил я. — Я хочу с вами поделиться своими соображениями, а вы, как сторонний слушатель, будете оценивать, в чем я прав, а, что от лукавого.

Надя охотно включилась в игру.