Светлячок, папке привет передавай, скажи, что в теннис надо бы сыграть, — мужчина прощается, а я остаюсь растекаться по полу под уничижительным взглядом человека, в которого влюбилась так давно, что уже и не помню, каково это — жить спокойно и легко. Дышать без боли в груди, не думать о чем-то лишнем и непозволительном. Не прокручивать в голове не случившуюся реальность.
Дверь захлопывается, а вместе с ней растворяется в воздухе моя надежда на положительный исход. Как только лишний свидетель покидает помещение, Женя встает, и мой взгляд снова плывет по фигуре, задерживаясь на выразительно бугре, по которому я совсем недавно проехалась ягодицами.
От безумных мыслей в груди разливается свинец и очень хочется плакать, но я держусь, сжимая руки в кулаки. А вот мой телохранитель поворачивается ко мне спиной и с высоты собственного роста падает на маты прямо на ладони, начиная отжиматься от пола. Я сбиваюсь после двадцатого раза, впитывая в себя бугристость мышц и переливающуюся от пота кожу, резковатые движения рук, низко опущенную голову, и вздохи.
Самые пламенные в моей жизни, заставляющие слюну во рту становиться вязкой. Медленно привстав, я прижимаю ноги к груди, умещая руки на коленки. И смотрю, смотрю, смотрю.
Спустя вечность Женя падает на пол и бросает отборную брань в пространство. Мурашки по коже скачут без остановки.
А затем самый главный завоеватель моего сердца встает, поворачивается и очень медленно подходит, протягивая руки ко мне. Безвольной куклой оседаю в уверенном захвате, и вот уже стою на своих двоих перед ним.
На дрожащих ногах, грозящихся подкоситься в любой момент…
Глава 23
СВЕТА
—Послушай меня очень внимательно, Свет, —медленно и по слогам произносит Женя, обхватывая мое лицо двумя руками. Это снова разряд тока, насквозь прошивающий меня с ног до головы. Пожалуйста, Женечка, не надо…Я криво улыбаюсь через силу, одновременно сжимая руки в кулаки.
А затем слегка прикрываю глаза, погружаясь в прикосновения целиком. Мне больно, потому что я отчетливо понимаю, что он скажет дальше.
—Я не должен был тебя трогать. Этого больше не повторится, — слегка задев большим пальцем мою нижнюю губу, Женя, чертыхнувшись, резко поднимает взгляд на мои глаза. Смотрим друг на друга в упор. Это еще больнее. —Мне жаль, что я не смог сдержаться, это все оказалось для меня слишком, — хрипит он, опуская голову к моему лицу и сталкивается лбом с моим. Впитываю непозволительную близость, и молюсь всем богам, чтобы она не прекращалась.
